Последний словотворец. Проклятие богов

– Ты поймал мой удар и удержал меч – неплохо. А теперь ещё раз и по-настоящему.

Я испуганно вздрогнул и с единственной мыслью в голове – «кто же просил меня открывать рот?» – крепче перехватил рукоять.

– Никогда больше тебе не поверю. – Я согнулся пополам и жадно хватал ртом воздух. Пот ручьями стекал по телу. Теперь было понятно, почему Кристиан разделся до пояса: рубашка была насквозь мокрой от пота, и вечерний воздух неприятно холодил тело.

– Ха-ха-ха, – его беззаботный смех разнёсся над площадкой.

– Эй! Джеральд прекрасный учитель! И он не заставлял сразу брать в руки оружие. – Мне стало обидно за друга.

Кристиан надел рубашку и, выудив из той же кучи фляжку, откупорил её.

– Он просто жалел тебя, вместо того чтобы гонять. Под моим руководством уже через месяц меч стал бы продолжением твоей руки.

Я внимательно присмотрелся к нему. Почему-то теперь, когда у нас с Эмилием установилась настоящая связь, Кристиан не испытывал ко мне неприязни, а даже стал дружелюбным.

– Ты больше меня не ненавидишь?

Он сделал большой глоток из фляжки и нерешительно покрутил её в руках.

– Скажем так, я стал больше тебе доверять и вижу, что ты не хочешь навредить Эмилию, наоборот, стараешься, делаешь всё возможное, даже нашёл способ установить с ним связь. Я думал, ты сбежишь, когда увидишь меченых, но ты не только остался, но и упорно ищешь выход из нашего печального положения. А про бога внутри тебя мне вообще нечего сказать – от одной мысли становится тошно.

– Меня похвалил сам лорд Ланкайетт.

– Ха, а ведь правда. Пока ты на стороне нашего короля, я буду твоим другом, но если…

– Я не собираюсь становиться врагом Эмилия, и это не потому, что мы связаны.

– Тогда у нас нет причин для вражды.

Кристиан был в хорошем настроении и говорил со мной охотно, поэтому, вопреки здравому смыслу, я решился задать один вопрос. Неприятное чувство ускользающих ответов всё ещё беспокоило меня.

– Вы давно дружите с Эмилием?

– С детства. Мой отец был приближённым покойного короля. А мы с принцем редко отлипали друг от друга, и нам часто влетало от старших. Помню, как сбегали от учителя в город и до заката обходили все местные лавочки. Нас не знал только слепой, и, несмотря на то что Эмилий был наследником престола, все относились к нам как к своим сыновьям – подкармливали, прятали от стражников, когда те искали.