Невидимый город

За очередными полями, по обеим сторонам дорожки, заросшей бурьяном и крапивой, друг за дружкой шли хозяйственные постройки. Все они на вид были неказистыми, хотя и крепкими. И пахло здесь сильно свежим навозом.

По левую сторону стоял летний коровник. В открытом загоне, задрав хвосты, носились телята, а в стойлах на привязи стояло несколько десятков коров. Меж ними с ведрами сновали девочки-подростки в черных платьях с коротким рукавом.

– Что они делают? – спросила Даша.

– Коров доят. Затем на пастбище выгонят, ведь теляток молоком напоить надо.

– Вотчина – это значит, что сами управляются? – догадалась Даша.

– А то! – Рогнеда улыбнулась. – Матерям какое подспорье. Хлопцы сено да воду носят, а доить, кормить – они сами.

– А сколько коров?

– Отелившихся, что днем доят, почитай, голов пятьдесят будет, а стадо там. – Рогнеда указала рукой в сторону пастбища. – Под надзором пастухов.

Арсений, пройдя на противоположную сторону, подошел к свинарнику.

– Ого! Только погляди, – позвал Ярослава. – Я даже и представить не мог, что они такие огромные бывают, как гиппопотамы.

– Нельзя хвалить! – прикрикнула на них Рогнеда. – Нельзя! Они от этого расти не будут и вообще можут зачахнуть.

– Да ладно. – Сеня недоверчиво улыбнулся.

– Айдате! – Девушка трижды поплевала через левое плечо.

– Рогнеда, прости, – примирительно сказал Ярослав, – мы правда не знали, не со зла.

Та еще мгновение смотрела на них пристально, хмуря брови, затем улыбнулась, отчего лицо ее вновь стало милым, и, кивнув, сказала:

– Ей-богу, дикие вы! Как такое можно не знать?

– Понимаешь, – Ярослав посмеиваясь, поджал губы, – просто мы из того места, где свиньи не живут. Ну нет их в Москве! Может, если только в зоопарке…

– Как нет? – Рогнеда смотрела на него недоверчиво.

– Мы ее вообще не держим. – Арсений развел руками и щелкнул языком. – В деревнях держат. Но мы-то из города. Мясо в магазине покупаем, уже в разрезанном, так сказать, виде. Я живых свиней первый раз вижу.

– Ну и ну, диво, – промолвила девушка и, оглянувшись на Дарью, крикнула: – Пойдем, молчальница.

Даша по-прежнему стояла у коровника, наблюдая за работой девочек.