Охоту на суженого ведьма объявляет открытой

Например, ночной горшок у него именовался Тутанхамон Второй…

– Враньё! – возмутилось кольцо, – Только самые прекрасные драгоценности удостаивались собственных имён! Не знаешь, так не говори глупости!

– Ну ладно, всё равно мальчишка был с приветом, – отмахнулась Эсмеральда, – госпожа рассказывала…

– Мне без разницы, – торопливо прервала я идиотский спор, – главное, как вернуть мёртвых обратно в могилы, сами же сказали. Тути, тебе слово!

– Как?! – возмутилось кольцо.

– Не хочу ломать язык и полчаса выговаривать полное имя, – объяснила я, – Не нравится – буду называть тебя Хамом – более кратко и, опять же, совпадает с именем.

– Согласен на Тути, – тут же завопило кольцо.

– Ещё бы он был не согласен, – хмыкнула Эсмеральда, – старая госпожа его иначе как Хам и не называла.

Я с опаской подошла к зеркалу и задумчиво оглядела его. Лицо старика в рамке в ответ со свирепым видом осмотрело меня. В прошлый раз я была уверена, что участвую в шоу, и всё, что вижу необычного – результат тщательной технической подготовки.

– Без талисмана Лунного света, который лежит в тайнике, ничего не скажу! – категорично заявило зеркало густым басом.

– И где тайник? – от неожиданности спросила я. Довели. С зеркалом разговариваю. Хотя после разговора с кольцом и драки со скелетом подобный диалог – самое логичное продолжение дня…

– Фредерика сунула его в большую вазу на столе, – доверчиво уточнило оно.

Хороший тайник, нечего сказать, если о нём знает болтливое зеркало. Я подошла к упомянутой вазе, которая стояла рядом с бурлящими склянками. Руку в неё сунуть не решилась – хватит с меня неприятных сюрпризов, просто перевернула и хорошенько потрясла. В вазе что-то загремело, и на пол высыпалось три медальона самого разного вида: круглый, месяцеподобный и в виде звезды. Тут уж и без подсказок понятно, какой именно медальон имело в виду зеркало. Подобрав в форме полумесяца, я задумчиво покачала его на длинной цепочке.

– Этот? – я сунула медальон под нос старику в отражении, едва не стукнув по поверхности стекла.

Голова отшатнулась вглубь и недовольно сморщилась:

– Этот, да. И нечего его мне под нос совать. Порядок есть порядок. Нет у вас талисмана – ничего не покажу. Есть – пожалуйста.