Психолог отФЕЯчит по полной

Мы только переглянулись. Самооценке этих карлов можно было только позавидовать.

– А фея вам зачем? – утомлённо спросила Катюха, постукивая ногтями о стол. Нодлинги на неё посмотрели, как на дурочку, и хором сказали:

– Работать! Вкалывать, так сказать, на благо Вселенных, принимая путешественников между мирами. И каждый день благодарить за такую честь!

Ладно, спасибо потом скажем. Прямо точечно найдём, кого особенно отблагодарить из работодателей.

– Божечки, как же я хочу спать, – вдруг сказала Лариса, устало потирая лицо руками.

– Все номера заняты! – тут же отреагировал главный нодлинг, – хотя в один из номеров вы умудрились нежить подселить к русалке. Пока странно, что никто не возмущён, мы бы узнали. Но номер в крыле призраков свободен. Желаете?

Мы переглянулись. Свободная комната, не конура за стойкой ресепшен… Что может пойти не так?

ГЛАВА 5

В нужное крыло мы шли по длинному мрачному коридору.

Но… зачем было доводить призрачное крыло до аварийного состояния?!

На месте гостей, я бы отрицательные отзывы оставляла прямо на стенах. Оживила бы гадкий интерьер.

– А что значит «Поминальная трапеза была недостаточно трагичная»?! – спросила я, с содроганием обходя шевелящуюся густую слизь на полу.

– Да ерунда. Не стоила размазывания брата Унтура по потолку. Принёс ужин с недостаточно грустным видом…

– Всего лишь деликатно посмеялся над тем, что призраку не повезло проявиться в одних трусах. Рваных. А тот распсиховался, с придурью оказался. Мы над тем отзывом долго рыдали, чтобы вывести. Нежные призраки пошли. И тупые. Шуток не понимают. Про кривую капитошку в дырочках… Не знаю, всем смешно, а этот пожаловался.

– Эм… Софья, к тебе тут кое-кто прицепился… – сказала шёпотом Лариса, которая шла позади меня.

Я и сама чувствовала, что правой ноге как-то некомфортно. Склизко. Просто боялась посмотреть вниз.

Пришлось остановиться, сделать глубокий вдох. Опустила глаза. Точно. Та самая слизь. Значит, мне не показалось, что она метнулась в мою сторону.

И теперь, отрастив глаза и длинный нос, зажмурившись, шумно обнюхивала мою ногу, обтянутую тонким чулком.