Я женщина

По крайней мере, ты будешь знать, что я никуда не сбегу до двадцать девятого.

– Но двадцать девятого – ты мне точно скажешь все.

– Обещаю.

Она почувствовала на своих губах вкус капучино, который вылила на него пять минут назад. Горький и сладкий одновременно – как символично – такой же, как и он сам.

Мария

Тяжело быть беременной под Новый год. С одной стороны – все замечательно. На столе – обилие еды, и мандарины тебе, и селедка, и мясо. С другой стороны – токсикоз, будь он неладен. Мария могла пересчитать по пальцам дни, когда она спокойно могла поесть все, чего желает организм.

Она даже заметно похудела – чему, конечно, была рада.

На Глеба легли основные заботы по организации праздника – закупка продуктов, уборка квартиры, планирование поездок. Решено было в новогоднюю ночь встретить с родителями Глеба, первое провести с отцом Марии, а уже второго поехать к общим друзьям в Сортировку. Мария не испытывала особого желания праздновать – и уж тем более готовить, но Глеб настоял на традиционных салатах и горячем.

Также, Мария со свекровью должны были налепить пельмени. Посему, воскресным утром двадцать восьмого числа Альбина Васильевна приехала к ним в гости. Мария с утра чувствовала себя неважно – она даже не смогла нормально позавтракать, несмотря на уговоры мужа.

Глеба с утра загрузила генеральной уборкой, украшением елки и походом в магазин. Муж особо не роптал – может, до сих пор действовал эффект от посещения интим-салона, а может, просто жалел жену.

Мария и сама себя не узнавала в последнее время – если раньше ей надо было поскандалить, и становилось лучше, то теперь она плакала по каждому пустяку. Настроение постоянно менялось – и муж предпочитал с ней не спорить.

Когда Альбина Васильевна, зашла в квартиру, она застала чудную картину – ее сын мыл полы в зале. Мария с недовольным (или уставшим?) видом предложила свекрови проходить, не преминув напомнить о тапочках – «Глеб только что вымыл в кухне».

– Может, ты пельмени налепишь, милый? – крикнула Мария мужу.

– Ничего страшного, Маш, мы сами справимся. Пусть Глеб отдохнет – я так понимаю, он уже с утра на ногах.

– Ой, я Вас умоляю! Только под ногами мельтешит – ну что он там сделал?! Полы помыл да консервы купил. Ну елку украсил. Занавески повесил. И устал, бедняжка. Вот они, мужчины.

– Ничего себе. И это мой Глеб? Он никогда такой хозяйственностью не отличался.

– Ну правильно. Он таким и не является.