Апокалипсис, вид снизу. Том I

Краешками глаз Виант едва заметил, как её бледная рука опустила на прикроватную тумбочку разноцветные тюбики с кремами. Будто и этого мало! В её левой руке зажата стопка женских трусиков. Белоснежные кружева перегнулись через большой палец. Инга Вейсман склонилась над прикроватной тумбочкой. Ещё миг, и стопка нижнего белья скрылась в самом нижнем выдвижном ящике. Лёгкий треск задвинутого ящика вывел Вианта из ступора.

– Какого хрена ты забыла в моей спальне? – спросил Виант.

От нервного напряжения голос неприятно захрипел.

Да и сам вопрос на грани приличия. Замени два слова и получится грязное ругательство.

– А, ты уже помылся, – Инга Вейсман повернулась к Вианту, будто только сейчас заметила его. – Разве ты сам не требовал от Николая Павловича женщину? Ну, это, – Инга Вейсман выразительно щёлкнула пальцами, – посуду мыть и пыль на шкафчиках протирать.

Виант скосил глаза в сторону. Ну да, такой разговор с куратором у него был. Время от времени Виант напоминает о данном обещании, однако Николай Павлович принялся тянуть резину.

– Насколько мне известно, в последний раз ты пригрозил подвергнуть его честь и достоинство самому грязному поруганию, – Инга Вейсман веселится во всю.

– Да, было дело, – Виант плотнее затянул на талии полотенце. – Только ты тут причём?

Виант насупился. Былая злость к роковой женщине вспыхнула в душе горьким зёрнышком былой обиды. Он так и не смог простить Инге Вейсман и куратору ту роковую подставу с «малахитовой капсулой» и путешествием в «Другую реальность».

Единственное, что удержало Вианта от подлой мести стаканом кислоты в лицо, так это обалденная фигура Инги Вейсман и привитое отцом уважение к прекрасной половине человечества.

– Ну как же, – Инга Вейсман обворожительно улыбнулась, – я и есть решение твоей проблемы.

Нет, что-то здесь не так, Виант отвёл глаза в сторону. Кем, кем, а сексуально озабоченной дурой Инга Вейсман никогда не была. В его спальню, да ещё в таком соблазнительном виде, она явилась не ради решения проблем Николая Павловича.

Можно не сомневаться, что ей, как и всем прочим на базе «Синей канарейки», на проблемы куратора плевать с высокой колокольни.

– Вот что, – Виант попытался изобразить на лице самое строгое выражение, какое только можно изобразить без одежды, не считая казённого полотенца вокруг талии, – собирай манатки и вали отсюда!

Последняя фраза получилась без хриплого напряжения, почти получилась. Для ещё большей убедительности Виант указал пальцем на входную дверь.