Крауны

Разве нельзя?

– Женой можно, а вот своими шлюхами с работы любоваться не стоит!

– Энн, ну какими шлюхами, зачем ты опять занялась сочинительством, ты же знаешь, что в этом у тебя таланта немного?

Улыбнувшись, она ушла в ванную, а Макс продолжая валяться в кровати, думал, какой у него мог быть прекрасный день и какой он теперь окажется на самом деле.

– Милый, зайди ко мне, пожалуйста! – крикнула мужу Энн из ванной.

«Хоть, что-то хорошее со мной сегодня все же произойдет», – подумал Макс и, выскочив из-под одеяла, устремился в ванную комнату.

За завтраком Макс уже был в прекрасном расположении духа и с радостью ел поджаренные сосиски с хрустящими тостами, покрытыми толстым слоем плавленого сыра.

– Ты посмотри, что творят эти арабы! Они снижают стоимость своей нефти, чтобы наша страна не могла продавать другим странам сланцевую, вот же подлецы! – воскликнул Полковник, шелестя газетой.

– Боб, я надеюсь, что Вы эту газету купили, а не подобрали у соседей? – спросила Энн.

– Вот так всегда, – ответил Полковник, – стоит один раз ошибиться – вспоминать это будут до скончания века. А мои добрые дела ты, Энн, никогда не запоминаешь!

– Действительно, – спокойно отвечала Энн, – вот напрягаю память и почему-то вспоминается только тот случай, когда Вы хотели меня задавить на своей машине…

– Энн, ну прекрати, – вступился за отца Макс, – мы же уже все выяснили по тому случаю: у отца тогда просто произошла судорога, поэтому он вовремя не успел снять ногу с педали газа.

– Ну да, точно. Судорога внезапно случилась именно в тот день, когда мы объявили ему о своей помолвке, на которой он начал оскорблять меня «косоглазой»…

Разговор прервал Джим, шумно зашедший в дом вместе с девушкой, на голове у которой был платок.

– Сынок, привет, – смутившись, сказала Энн, – а где ты был? Будете с нами завтракать? Я сейчас быстро поджарю бекон с яйцами?

– Нет, мама, спасибо, – спокойно ответил Джим, – я был на утренней тренировке, а потом перекусил с ребятами, поэтому я не голоден, а Амина – мусульманка, она не ест бекон.

Джим с девушкой начали подниматься по лестнице и только после того, как они скрылись за дверью его комнаты, все сидевшие за столом переглянулись.