Единожды присягнув!

– Кстати, – сказал он, – я не слишком обременю вас своим посещением вашего дома?

– Нет, у меня давно не было гостей…

– В этом мы похожи, я иногда даже думаю, что это ненормально…

– Ненормально, когда их много, да еще, если они незваные…

XXVII

«Это еще одно подтверждение того, что он, как и я, стремится избежать установке в доме прослушивающей аппаратуры, – улыбнулся про себя Петр. – Только у него есть те, кто обеспечивают с этой целью ежедневную проверку дома, а у меня нет… И те, кто проверяет, отвечают за отсутствие прослушки не столько перед ним, сколько перед руководством БНД».

– Приехали, – произнес через несколько минут Шнайдер.

Автомобиль остановился у тротуара, напротив кованной металлической решетчатой входной двери, прикрывающей расположенную за ней массивную деревянную дверь с большой бронзовой ручкой.

«Страхуется, – отметил Петр, – ишь, дополнительную дверь устроил. Только не подумал: выйдешь из деревянной, начнешь открывать решетчатую, и как на ладони для наблюдающих… Да и пока с улицы открываешь решетчатую, опять-таки как на ладони… Для таких дверей надо держать специального человека, чтобы открывал и закрывал, а это лишние глаза и уши… Нет, такая конструкция дверей для входа и выхода на улицу не подходит…»

– Вот здесь я и живу, – когда они вышли из автомобиля и остановились на тротуаре, открывая ключом решетчатую дверь, сказал Шнайдер.

– Красивый дом, – окинув взглядом здание, освещенное уличными фонарями, ответил Петр, – а, как соседи?

– Соседи? – Шнайдер открыл первую дверь и, не оглядываясь, сделал пару шагов и начал, быстро выбрав из связки ключей нужный, открывать им вторую.

«Вот, оно главное, – понял Петр, – главное здесь слово: «нужны». То есть соседи – это те, кто обеспечивает деятельность и безопасность Шнайдера в этой стране, его подчиненные, изображающие соседей. Теперь понятно, почему он и такие двери поставил, и почему не проверяется, открывая их.

– Входите, – Шнайдер распахнул вторую дверь и посторонился, пропуская в дом Петра, – свет я сейчас зажгу.

– Спасибо, – Петр еще раз взглянул на окна здания, отметив, что створки некоторых из них, главным образом на первом этаже, несмотря на позднее время, были распахнуты, и вошел в дом.