В теле победителя

 – Ты уже наказал своего дядю. Сделанного не воротишь. К тому же, Освальд всё равно считал, что своими руками погубил сестру, и был горд этим. Он умышленно обрёк её. И, как мне кажется, даже если бы ты не стал его убивать, он всё равно долго бы не прожил. Слишком уж много на него свалилось проблем.

– У меня это в голове не укладывается, – пробормотал Эльфин.

– Да уж. А у меня не укладывается, что же такое сотворил твой дед, что заслужил подобную месть.

После моих слов Эльфин отчего-то замолк и задумался.

Впереди маячил Гордор, и я увидел, что при его приближении коридор и помещения и правда меняются.

Я вдруг вспомнил оркского шамана Деда Вову. “Хозяин должен быть волшебником в своём доме”. Кажется, так он сказал.

Следом за стариком я прошагал через весь дом до самого выхода, на ходу удивляясь тем изменениям, что происходили вокруг. Будто у самого дома изменилось настроение и появилась воля к жизни.

Я из последних сил держал себя в руках, чтобы не начать глазеть по сторонам. Всё же красивый дом.

Очень красивый. Даже картины и гобелены на стенах оживали, а герои на них будто просыпались ото сна и начинали кружиться в чарующих танцах.

Наконец я покинул просторный холл, напоминающий теперь атриум с пышным садом, и оказался во дворе…

Я даже забыл на миг о том, зачем здесь оказался и что творилось в кабинете деда.

Все деревья, что были в моём поле зрения, покрылись распустившимися цветами, наполняя воздух пьянящими ароматами. Чёрт, да сейчас же осень, какие такие цветы? Небо заволокло облаками из бабочек.

Певчие птицы выписывали умопомрачительные пируэты, наполняя пространство мелодичными трелями.

Даже и не верится, что в нескольких часах езды висят на столбах казнённые эрки, в гоблинских трущобах кто-то подыхает от передоза, а в детских домах кого-то насилуют или продают в рабство. Хотя как посмотреть. Возможно, эта красота и существует благодаря всей той грязи. Она тот самый навоз, из которого, подобно цветам, появляются такие прекрасные места.

Последняя мысль начисто испоганила всё благостное настроение, навеянное происходящей вокруг красотой.

Поискав глазами, я обнаружил пышную карету в золотых и зелёных тонах и двинулся к ней. Вот она, сила контекста: похоже, способность восхищаться подохла во мне окончательно.

Я лишь искоса бросил презрительный взгляд на настоящих белоснежных единорогов с розовыми глазами. Звери были красивые, вот только глаза всё портили, вызывая какое-то отвращение. Лучше бы они были чёрные.