Герцогиня Ворона

Люся долго объясняла, как прыгать с помощью привязанной к ветке веревки. Потом показала и заставила несколько раз повторить на сухом месте. Только после этого Мирослава рискнула перепрыгнуть ручей. Шлепнулась на бок, но все же на берегу, не в воду. За ней тот же путь проделала вязанка дров, а последней – Люся.

Искать место для ночлега пришлось в полумраке. Как только костер загорелся, к Мирославе вернулась храбрость и она спросила:

– Почему у тебя костер такой маленький? Холодно ведь, а дров много.

– Потому что он не только тепло дает, но и деревья освещает.

– А почему нельзя было на том берегу остаться?

– Потому что мы спешим на восток, а переправа у тебя кучу времени заняла. Пожалуй, давай я еще один способ покажу. Он для узких ручьев и луж подходит. Разгоняешься, втыкаешь посох посреди ручья и перепрыгиваешь его, если повезет.

– А если не повезет?

– Тогда ноги промочишь или целиком плюхнешься, а вода холодная.

Как и с веревкой, пришлось несколько раз показывать, как посох держать и как прыгать. Принцесса прекрасно понимала, что для беглеца главное – скорость. Она терпеливо тренировалась, хоть и очень неуклюже.

К счастью, Люся вскоре вспомнила, что нужно обмотать нежные руки тряпками, пока не растерла. Принцесса не сопротивлялась, только грустно вздохнула, посмотрев на результат, и опять вернулась к тренировкам.

Тем временем Андрюшка пришел к домишке местного угольщика и еще издали громко сказал:

– Мир твоему дому.

– И тебе того же. Крышу на ночь ищешь, чужеземец?

– Нет, поторговаться хочу. Обменяешь зайца на старую одежду? Только подстрелил. Еще немного теплый.

– Насмехаешься над бедняком? – нахмурился угольщик.

– Куда тут смеяться? Я свою запасную одежду в реку уронил, а ложиться спать нужно в сухом. Мне любая рваная подойдет, а моя за ночь просохнет. Желательно две, чтобы дыры не совпадали.

– Ну, если не шутишь, пойдем в избу.

Дети на лавке притихли, поглядывая на незнакомца, который и с ними поздоровался такими приятными, но непривычными словами. Он не привередничал, согласился взять все, что дали. Жена угольщика несколько раз переводила взгляд с зайца на кучу одежды, потом что-то прошептала мужу на ухо. Тот кивнул и протянул толстую костяную иголку с ниткой: «Бери. Я себе еще смастерю, а тебе пригодится».