Спецхранилище

Поводив над головой и плечами новеньким дозиметром из кладовки, я с удивлением констатировал отсутствие заражения. Даже под мышками и между ног, скотина, был чист как стеклышко. А ведь находился рядом со мной возле «семечки», радиация там была ого-го какая! Вероятно, в защите от заражения не последнюю роль сыграл комбинезон.

Обшарив тело, я отыскал светящийся нож и переместил его себе в карман. Потом разберусь, как им управлять. Не скрою, понравилась мне эта штучка – в лес за грибами ходить.

Большая лыковая корзина оказалась металлическим контейнером.

Я снял его с трупа. После некоторых поисков на крышке обнаружилась щель, в которую я просунул ноготь, отчего внутри что-то щелкнуло и крышка открылась. Внутри покоилось непонятное устройство – металлическое, сложенное и, самое удивительное, тяжелое. Когда я извлек его на белый свет, то от неожиданности едва не грохнул себе на ногу. Предмет стал тяжелее в несколько раз. Как оказалось, контейнер скрадывал часть веса – удобно для транспортировки грузов.

Контейнер с непонятным устройством я спрятал в бункере, в комнате номер «2». Туда же перетащил гуманоида. А куда еще прикажете? Бункер – единственное место, ключи от которого находятся только у меня.

Тарасыч везде ходил за мной, как привязанный на веревочку. Беспрекословно выполнял все мои указания. Он помог перетащить гуманоида до входа в бункер, дальше я его не пустил, да он и не просился. В общем, Тарасыч стал совсем шелковым. Он только иногда как-то странно посматривал на меня, словно мы заново познакомились.

– Начальник, – однажды произнес он, – как ты его, табуреткой-то?

– А что?

– Никогда такого не видел.

– Табуретка – эффективное оружие. Не хуже любого другого. Знаешь, как ее ножками суставы ломаются? Ловишь руки, поворачиваешь – прелесть!

– Ты где служил? – спросил он вкрадчиво.

– Так, то там, то сям…

После этого Тарасыча прорвало на справедливый интерес:

– Что же это было, японский городовой?

– То, что упало в лесу? Брат по разуму, так сказать.

– Значит, его ты нашел в тарелке?

Я неопределенно пожал плечами.

– Господи! – Тарасыч перекрестился. – А он не оживет, этот «брат по разуму»?

Я поглядел на полотно сизых облаков, затянувших вечернее небо.

– Ты неправильно формулируешь вопрос, Тарасыч. Нужно спрашивать: не прилетят ли они снова?

– А могут?

– Могут. И прилетят.

Они обязательно прилетят. Потому что мы храним одну вещицу, которая им очень нужна, до боли в печенке.