Подзаборный парадокс

Подзаборный парадокс

Олег Геннадьевич Синицын

Олег Синицын

Подзаборный парадокс

В жизни я не попадала в более глупую ситуацию. Идешь со своим парнем выпить по чашке кофе в маленьком кабачке, шагаешь по дорожке, усыпанной осенней листвой, думаешь о вечернем сериале, а из тополиной рощи вдруг выскакивает совершенно незнакомый субъект и надрывно голосит:

– Вот, значит, как?!!

В первый момент я не поняла, кому направлена реплика. Даже оглянулась.

– Ну чего отворачиваешься! Видеть не желаешь?

Вот тогда сомнения и отпали.

Я еще раз посмотрела на незнакомца. Короткое пальто, немного выступающая нижняя челюсть, глаза чернявые и смотрят с несвойственной многим прямотой. Я бы назвала парня симпатичным, если бы он не был в стельку пьян. Да, он был пьян. Это без труда читалось по косвенным признакам – щеки пунцовые, слова вязкие. Из прямых признаков была ополовиненная бутылка водки, которую он держал в одной руке. А в другой – вы не поверите! – держал за шкирку котенка. Полосатого и пушистого, с расставленными лапами и огромными зелеными глазами, которые очевидно раскрылись еще больше оттого, что хозяин стянул кожу на загривке. Эти глаза испуганно озирали окраину пятого микрорайона, они до ужаса напоминали глаза моего Аниськина, к руке которого я прижималась. Вечно какой-то шуганный и затравленный взгляд, да и характером он настоящий ребенок – тридцать лет тепличного созревания и выкармливания мамой.

Можно отбросить сомнения, черноглазый незнакомец обращался ко мне.

Разыгрывал передо мной сцену ревности, вот только вижу я его впервые в жизни!

Все случилось неподалеку от моего дома. С одной стороны раскинулся сосновый парк, который незаметно превращается в лес, где еще бегают зайцы. А с другой – стена пятиметровой высоты, наверху которой вьется кольцами почерневшая от коррозии колючая проволока. Стена сложена из красного кирпича еще в девятнадцатом веке, а потому отличается от современного зодчества особой крепостью. За ней прячется какой-то секретный объект.

Комплекс зданий, целый квартал – то ли завод, то ли лаборатория. Эту стену я помню с детства, всю жизнь она со мной. Правда, в последние годы мне кажется, что нет там никакого секретного объекта. И ограда эта стоит только потому, что коммунисты не могли сломать, хотя пытались после прихода к власти…

– Извините, вы кто? – опасливо спросила я у незнакомца, крепко прижимая к себе руку Аниськина, ища в ней защиту, хотя надеяться особенно не на что.