Чужой портрет

– Все равно не хватает, – едва слышно пробормотала она и подняла глаза на аптекаря.

– Извините, мадмуазель, ничем не могу Вам помочь. Ваша маман и так уже задолжала сверх меры.

Увидев Пола, аптекарь улыбнулся и подошел к нему:

– Я чем-то могу помочь? Пилюли, порошки, микстуры, а, может быть, успокоительные бальзамы? – и он хитро подмигнул.

У девушки дернулись плечики и, отойдя к окну, она стала поспешно вытирать глаза и поправлять капор.

– Простите, мисс, – обратился к ней Пол на английский манер, – сколько Вам недостает на лекарства?

– Одного франка и пятнадцати су, – всхлипывая, едва слышно выдавила она.

– А, ну это ерунда, – Пол достал из кармана деньги и положил на прилавок. – Дайте ей чего она просит.

Аптекарь с готовностью кивнул и убежал в соседнюю комнату за порошками. Девушка с благодарностью посмотрела на своего спасителя, ее огромные серые глаза тут же просохли и засияли:

– Спасибо Вам большое… Если бы не Вы… – и она осеклась – вошел аптекарь и протянул незадачливой покупательнице коричневый бумажный пакет с наклеенным на него рецептом.

– Но долг Вам все-таки придется вернуть! – крикнул он ей вслед.

– Постойте! – Пол вдруг схватил ее за руку и вышел из аптеки за ней следом. – Я Вас провожу.

– Ну что Вы, не стоит, – смущенно залепетала она. – Я вам и так очень обязана…

– Зато у Вас появилась возможность расплатиться со мной.

Девушка бросила на него испуганный взгляд и отчаянно замотала головой, порываясь убежать.

– Да нет же! – Пол снова схватил ее за рукав. – Вы меня не так поняли! Я просто хотел спросить у Вас, как мне попасть на улицу Сен-Жермен.

Глаза юной особы радостно сверкнули:

– Это совсем не далеко от нас. Пойдемте, я Вам покажу. И она заторопилась, семеня своими худенькими ножками в грязных и худых ботинках.

– Меня зовут Пол, – догоняя ее, произнес он.

– Синтия, – едва слышно вымолвила девушка.

– Вы тоже англичанка? – удивился Пол.

Синтия была наполовину англичанкой наполовину француженкой. Ее мать наняли гувернанткой в дом богатого французского барона де Превера, и в нее тут же влюбился старший брат ее воспитанника – наследник барона – Филипп.