Шавела

Шавела

Александр Николаевич Ермак

Валерий встречается с умной красивой девушкой, мечтает о семье, о детях. Однако он не спешит делать любимой предложение. Что ему мешает? Ведь, казалось бы, все так просто…

Этой ночью я ворочался, переваливался с одного бока на другой, то забывался ненадолго, то напрочь просыпался и открывал глаза, чтобы всмотреться в горящие циферки электронных часов. Когда в комнате стало светлеть, и вот-вот должен был раздаться сигнал будильника, нажал кнопу «отбой». Встал, тихо оделся и, беззвучно открыв дверь, на цыпочках вышел в гостиную.

Я надеялся, что Ирина еще спит, и мне удастся выйти из дома, избежав утреннего разговора. Однако кресло не было разложено. Ирина сидела в нем так, как будто бы и вовсе не ложилась спать в эту ночь. В торшере, стоящем рядом с креслом, горела неизвестно когда включенная лампа.

Ирина повернула голову на звук. Мне пришлось кивнуть:

– Доброе утро.

Она тут же с готовностью отозвалась:

– Доброе…

Увы, мой план провалился, и теперь я, не зная, как вести себя дальше, просто замер на месте.

Ирина также была неподвижна. Она сидела в кресле и будто просто ждала. Но нет – я рассмотрел альбом, лежащий на коленях Ирины. И еще: чуть заметно двигающийся карандаш в ее руке. Ирина работала. Как будто это было всего лишь очередное утро. Как будто она забыла все, что случилось вчера.

Ирина отложила в сторону альбом, карандаш. Качнула головой:

– Завтракаем?

– Нет времени, – проявил я твердость. – Позавтракаю в аэропорту.

– Что ж… – Ирина снова качнула головой и предложила: – Возьми с собой бутерброды. Не горячий завтрак, конечно, но и не аэропортная еда. Я приготовила. Лежат в холодильнике. Принести?

– Нет.

Конечно, я был бы не против домашнего завтрака или хотя бы домашних бутербродов Ирины, но…

– Как хочешь…, – пожала плечами она.

Я же глянул на запястье, на котором, увы, часов не оказалось.

– Они в ванной комнате, – подсказала Ирина. – Ты вчера, умываясь, забыл их там.

– Спасибо, – поблагодарил я и, наконец, сдвинувшись с места, отправился в ванную.

Закрыв за собой дверь, включил воду и плеснул в лицо. Еще раз, и еще. Глубоко вздохнул. Часть этого утра уже позади.

Выйдя из ванной, я подхватил приготовленный с вечера чемодан, открыл внешнюю дверь и обернулся:

– Счастливо!

Ирина тут же встала из кресла, хотела подойти, но я остановил ее жестом. Она послушно замерла на месте, спокойно произнесла:

– До свидания, милый.