Генри Смит и ангел

Светлана погрозила пальцем:

– Я могу заревновать и разбить тебя, мерзкая посуда.

Стакан изменил форму, превратившись в обиженное лицо маленькой девочки. Оно даже выпустило голографические слезы:

– У-у! Обидели ребенка, порвали пеленку!

Светлана рассмеялась:

– Да ты прирожденный комик! – Кто тебя программировал?

Бывший стакан превратился в жесткое волевое лицо: глаза сверкали, настоящий древнеримский полководец!

– Это большая военная тайна! Главное, при этом, скрасить скучные будни солдата, и отвлечь от печальных мыслей.

– Тебе это удалось! – Согласилась Светлана. – Хотя я и офицер.

– Хотите мужчину – биоробота? – Предложил стакан, я вам организую! Или вы предпочитаете своего юного партнера?

– Мои предпочтения останутся при мне! А ты лучше помолчи!

– Напрасно, напрасно, напрасно! Слова мои просто прекрасны! От счастья сокрыты ключи!

– Лучше помолчи! – В руке Светланы мелькнул ствол. Ручной лучемет просвистел жгучим голосом:

– Я готов к бою! Я на тебе, как на войне, а на войне, как на тебе! С победою окончен бой, и пьяный я иду домой.

– А это что за гиперфутуризм! Оружие дразнится!

– Я к вашим услугам, госпожа!

– Можешь поучить вот этот столовый прибор? – Спросила Светлана, указав пальцем на стакан, принявший форму груши, испускаемые им голограммы девушек, встали на колени.

– Его, да хоть сейчас, какую мощь использовать? – Лучемет выпустил голограмму, принявшую облик девушки, профессора в очках погрузившейся в расчеты.

Светлана возмутилась:

– Что за рухлядь мне подсунули! Она лишь издевается над своим командиром. И главное, не понятно, какую помощь эта вещь способна оказать в ходе войны. Пока лучемет будет трепаться, меня триста раз расстреляют!

Оружие послало голограмму босоногой монахини с терновым венком на голове. Она склонилась на колени в покаянии. За ней встал грозный, накаченный палач-мужчина.

Девушка содрогнулась от боли, и произнесла:

– Я каюсь плача, госпожа! – Новый удар, от которого потекла кровь. – Что промедление подобно! Порой неспешная ханжа, болтать готова, что угодно!

Светлана оборвала:

– Видно хочешь на переплавку, вы, что, совсем уж больные!

– Нет! – Возразил стакан. – Это просто чувство юмора. Прикажите нам, и замолчим на долгие годы.