Будем как боги

 – Разве змий кусал Еву? Как тебе вино?

– Разве такое вино может быть плохим? – Джинна даже чуть смежила рыжеватые ресницы, наслаждаясь вкусом. – Чуть-чуть отдает ежевикой…

– Знаешь, милая, – сказал Гарри, победоносно улыбаясь, – я ведь люблю тебя. Не той пошлой любовью, в которой больше от собственничества, чем от любви, а другой. Ты вдохновляешь меня, как муза поэта. И мне нравится все в тебе, даже то, что другие сочли бы недостатком.

– Например? – спросила Джинна, вновь отхлебнув рукотворную амброзию.

– Например – твое упрямство, – сказал Гарри.

– Это была глупость, – сказала Джинна, – детская игра в тайное общество…

– Не для меня, – ответил Фишер. – Ты знаешь меня лучше других. Я целеустремлен, как русская ракета «Циркон». И всегда добиваюсь своей цели.

Он откинулся назад, закинул ногу за ногу, сцепил пальцы рук на колене, и сообщил:

– Ежевичный привкус – от моего препарата по омоложению.

– ЧТО?! – возмутилась Джинна. – Ты подсыпал мне в вино…

– …точно то же, что до этого принял сам, – улыбался Гарри. – Более того, этот препарат идеально совместим с твоей биохимией. Все в норме, аллергия тебе не грозит, тем паче – отравление.

– Да как ты посмел…?! – возмущалась Джинна.

– Как всегда, – равнодушно пожал плечами Гарри. – Я привык брать на себя ответственность за других…

– Вон отсюда! – У Джинны даже дух перехватило от наглости Фишера.

Тот, кстати, остался сидеть, как сидел:

– Никуда я не уйду, пока мы не допьем вино. А ты лучше выслушай меня.

?

Май 2026 год

После работы Борис вновь зашел в бар напротив. Он все еще чувствовал опьянение, но решил добавить.

Заказав себе порцию бифштекса с картошкой-фри и еще сто грамм водки, Борис ужинал и думал.

Ему казалось, что его мысли кристально-ясные, как никогда. Словно прозрачная жидкость крепостью в сорок градусов, как хороший стекломой, смыла с его мозгов грязь, мешавшую адекватно воспринимать действительность.

Борис думал о том, что нужно подстраховаться.

Когда человека хотят «кинуть», ему льстят, даже сверх меры, чтобы дурачок распустил уши и не видел нависшей угрозы. Не на того напали! Сейчас Фишер умотает куда-то, а его обещания – это же не нотариально заверенный документ! И останется Борис без дома и без денег. И без лаборатории.