Будем как боги

Что нам остается, как не предаваться воспоминаниям?

– Не стоит отчаиваться, – улыбнулся Гарри, разливая по бокалам из богемского стекла (притащил с собой, и Джинна даже видела груду салфеток на столике, в которые он их укутал, чтобы не разбились) темное, похожее на венозную кровь, вино, – могу открыть тебе секрет: я почти закончил работу над… как бы объяснить, чтобы не прибегать к занудной терминологии?

– Объясни, как есть, я пойму, – сказала Джинна, заинтересовавшись.

Ее роковой любовник был гением. Гениальность Фишера заключалась в постановке задачи и подборе кадров для ее решения.

– Хорошо, – согласился Гарри. – В организме человека есть такой орган – тимус. Он ответственен за выработку Т-лимфоцитов, влияющих на наш иммунитет, а также ряда гормонов. Упуская ненужные подробности – этот коктейль программирует рост человека, защищает его от болезней и даже регулирует настроение.

– И что с того? – пожала плечами Джинна. Она читала об этих исследованиях. Конечно, в интернете есть далеко не все, но достаточно, – пролонгированное функционирование тимуса ведет к развитию разных типов онкологии, разве нет? Человек не может быть вечно юным…

– Может! – воскликнул Гарри. – Фактически, я уже доказал это. Более того… я сумел добиться омоложения у нескольких людей.

– Хорошо выглядишь, – согласилась Джинна. – Про меня тоже говорят, что я выгляжу на тридцать. Но я знаю правду. Эта правда даже сейчас отдается у меня в пояснице…

– Понимаю твой скептицизм, – сказал Гарри. – Я и сам, как Апостол Фома – не поверю, пока не потрогаю. Но сейчас, с биологической точки зрения, мне двадцать пять.

– Боюсь, ты себе льстишь, – но все-таки, Джинна присмотрелась к Гарри повнимательнее.

Черт… И правда, кожа у него упругая, как у юноши. Черт… а ведь Фишеру такое вполне по силам…

– Давай выпьем, – предложил Гарри. – За молодость?

– За молодость, которую придется вспоминать, – напела Джинна строчку своей песни, поднимая пузатый бокал. – Хотя ты меня поразил, Гарри Фишер. Врываешься в мою жизнь, чтобы, подобно змию из Эдема, цапнуть за самое больное место каждой женщины.

– Что-то я плохо помню Библию, – улыбнулся Гарри, также пригубив вино.