Костя Юханцов и Перекрёсток Бесконечности. Приключения начинаются :)

А что вышло? Кляксы!.. Грязь, муть!..

Кощей развёл руками. Устало прошёл к дивану, присел.

– Я брал для этой картины самые яркие, сочные колера, но всё обращалось либо чёрным, либо белым. И никаким другим. Гляньте сами!

Мы встали из-за стола, сгрудились перед картиной. Портрет был разделён на две половины. Белую и чёрную. А посередине тянулась ровная серая полоса. Сказать по чести, я не разглядел на картине никакой мути, и клякс тоже. «Но он – художник, – мелькнуло в голове, – он так видит».

Он стремительно поднялся, прошёл к мольберту, рывком развернул

– Я долго об этом размышлял… но теперь я уже знаю, как это понять, – продолжил колдун.

– Правда и ложь? – не понял я.

– Нет, нет, – тут же откликнулся хозяин, – не правда и ложь! Ложь тут совсем не при чём! Именно две правды. И они направлены друг против друга.

– Но как же так? – удивлённо сказала Настя. – Ведь так не бывает!

– Ещё как бывает, – подал голос Боб.

– Точно! – обрадованный поддержкой, воскликнул Кощей.

– А серая полоска? Это всё-таки ложь? – спросил Миха.

– Не знаю… – Кощей виновато потёр подбородок, – возможно. Правды смешиваются на границе цветов, мнений, противоречий… И получается полуправда… или полуложь… Кто её разберёт.

– А чёрная правда – плохая? – снова подал голос Миха

– Нет.

Все посмотрели на меня.

– Хорошие у меня глаза, – сказал я с улыбкой, приподнимая веки.

– Конечно, хорошие, – с готовностью подтвердил колдун. – А чёрная смородина, на мой взгляд и вкус, лучшая ягода в мире. Так что… Но не в этом дело, – словно б спохватился он. – Дело в том, что я никак не могу закончить картину! Вот если я её всё-таки допишу, то все противоречия будут исчерпаны. И тогда миру больше не будет грозить война.

– Ясно… – сказал Боб. – То есть, не очень… Что мы можем сделать?

– Мне нужны новые, свежие, не побоюсь этого слова, истинные краски! – с жаром проговорил Кощей. – И я буду рисовать.

– Мы попробуем найти, – сказала Настя.

– Да, – произнёс я. – Попробуем.

– Видимо, нам придётся откланяться, – прокряхтел бобр, – tempus ждать не умеет…

– Увы, увы, – покивал хозяин. – Но я буду вас ждать!

Мы деловито попрощались и вышли.