Живые консоли

– Ты что, с ума сошел? В моем разъеме сломался сто тридцать третий пин! Ты думаешь, почему я не пошла на парти?

Но Ник-1 уже вернулся к своим образам и подпрыгивает на трехногом стуле, постепенно съезжая к мощному источнику гравитации; тот захватывает его ногу и сдергивает Ника-1 места, отчего оптоволоконный кабель выскакивает из модема и повисает в воздухе, разрываемый противоположными силами. Ник-1, обессиленный схваткой с тяготением, лежит на полу и подергивает ногами.

– Вот так всегда, – говорит Вера-3, отворачиваясь от зрелища бултыхающегося в силовой яме первого Ника.

– Добавить экспрессии и трагизма, – скомандовала Вероника, почти без удивления вслушиваясь в сочиненные ею реплики. Ей казалось, что только прохладное отношение бионов к собственным ролям мешает фразам обрести законченную, эмоционально насыщенную тональность.

– Впрыснуть им бета-мескалина? – полюбопытствовал Кассий.

Вера-4, она же Кудля (возникая из шкафа, на котором висит покосившаяся, бессмысленная табличка «Стоянка флаеров»):

– Невероятное переживание! Канториус пригласил меня выступать у него на подпевках! Конечно, я всего лишь одна из девяноста девушек, но это только начало, не так ли? Для девушки из бедной семьи мне не следует быть привередливой. (Обращая внимание на равнодушную Натали) Ты еще здесь? А как же Бобби и Кати?

Вера-3 не успевает ответить, потому что вслед за Верой-4 из «стоянки» вываливается еще один персонаж – Ник-8, он же Канториус.

Вера-3 (возбужденно-недоуменно-испуганно):

– Ах!

Она в смятении отступает за дверцу шкафа. Канториус бросается к индифферентной Вере-4 и трясет ее за плечо, призывая подняться:

– Скорее, вот-вот начнется репетиция! Входи в Сеть! Вот адрес моей студии!

Он сует ей в руку визитную карточку и поспешно исчезает там же, откуда возник.

– Давай скорей консоль! – восклицает оправившаяся от испуга Кудля и вырывает у Натали оптоволокно, тянущееся под кровать.

Прошло еще несколько минут, прежде чем хмурая Вероника сказала:

– Хватит кривляться.

Веры и единственный Ник (остальных Кассий пока отключил, оставив им возможность наблюдать за течением пьесы) прекратили изображать жизнь на сцене и уставились на девочку.

– Ну, что вы молчите? – начала злиться она.