Творец

В моём случае это большая редкость, но в тот раз я сначала записался на сеанс, а уже потом подумал, на хрена мне это нужно. Но даже сам факт этой записи ни к чему меня не обязывал. Я мог просто не пойти. Но пошёл. Не знаю, что мной тогда руководило. Наверное, это было чувство последнего шанса, но в назначенный день я приехал на указанный адрес.

Кабинет находился в пентхаусе многоэтажного офисного здания. Он впечатлял шикарной отделкой, новой кожаной мебелью и огромными окнами, за которыми переливались разноцветные гирлянды городской панорамы.

В кабинете уже были посетители. Они сидели на креслах и пуфах, которые были разбросаны по периметру огромного помещения. Сначала их было шесть, или семь. Я не запомнил, потому что в этом кабинете меня интересовал только один человек.

Он был небольшим, я бы даже сказал миниатюрным. Белобрысый, очкастый, одетый в бежевый свитерок из под которого старомодно торчал воротник жёлтой рубахи. Когда я вошёл, он вскочил со своего места и, широко улыбаясь, направился ко мне.

Протянутая им рука оказалась узкой твёрдой и холодной, словно я ухватил лезвие ножа.

– Борис Константинович? – Он наклонил крошечную голову. – Рад Вас приветствовать! Я Вениамин! – Его голос сильно контрастировал с внешностью. В отличие от серого облика, этот голос показался мне ярким.

Иногда так бывает, что самой запоминающейся и яркой чертой человека становится его голос. Он был достаточно низким и в то же время звонким. Но это не главное. Он был каким-то тёплым что ли. Он мгновенно проникал в тебя, будто горячий чай наполняет сосуд.

Он проникал прямо в голову, и на тот момент мне это нравилось. Потом этот голос…

Ну да ладно, до этого мы ещё дойдём.

Он представил меня всем присутствующим, затем по очереди представил каждого из присутствующих мне. Я даже не пытался запомнить их имена. В голову запало только имя единственной женщины. Её звали Диана, и она была красивой азиаткой, с длинным конским хвостом чёрных как смоль волос, скуластым бумажно белым лицом и пронзительными зелёными глазами.

В другое время, эта молодая фигуристая брюнетка, превратилась бы в основной объект моего внимания. В другое время, когда в моих жилах ещё была кровь, а не кипячёная вода. Тогда же мне хотелось, чтобы этот сеанс поскорее начался и так же быстро закончился.

***

Он не заставил себя долго ждать и сразу же перешёл к делу. В ожидании нудной лекции, я приготовился зевать и в любой момент, когда совсем надоест, покинуть кабинет «по-английски».