Осколок белого бумеранга

Почти все из присутствующих включились в эту полемику. Даже по лицам тех парней, которые молчали, я видел, что они не разделяют точки зрения Длинного.

– Ты футбол не трожь, я за него любого порву… – орал Вано.

– Длинный, ты берега то не путай. Футбол это святое… – вторил ему Киря.

?Э…браток, тебя чё то не в ту степь понесло – более спокойно, но всё же с осуждением разводил руками Антон.

Все остальные смешки и злые выкрики в зале были обращены не к Длинному, а больше друг к другу.

«Совсем рамсы попутал…»

«Он наверное фигурное катание смотрит…»

«Да ну его, умника, вечно чё то из себя строит, уже до футбола добрался…».

Я понятное дело молчал. Первой причиной было то, что я был здесь человек новый. Во – вторых, я и сам принадлежал к тому меньшинству, которое равнодушно относилось к футболу. Я уставился на пальцы Длинного, неторопливо перебирающие чёрные бусины чёток и в этот момент в моей голове был лишь один вопрос:

Зачем он сейчас настроил против себя бо?льшую часть своих товарищей.

Я продолжал наблюдать за Длинным, который продолжал хранить молчание в ответ на всё больше распалявшихся соратников по клубу. Ответ пришёл сам собой:

Это представление! И разыграл его Длинный для одного единственного зрителя. Для меня.

Странно, я знал этого человека не больше часа, но уже чувствовал, что он будет делать дальше. Я был уверен, что ему есть, что ответить, но он не спешит отвечать.

– Мужики, что с Вами? – Длинный наконец прервал молчание. Он недоуменно улыбался, по очереди глядя на парней, столпившихся вокруг. – Вы на меня набросились, как будто я матерей ваших оскорбил. Про какой футбол Вы мне здесь орёте? Я что, сказал хоть одно слово за футбол? Вано, дружище, скажи мне, речь была о футболе? – он резко повернулся на коляске и теперь в упор смотрел на Вано, который сразу же заметно растерялся.

– А про что мы говорили? Мы с Кирей спорили про футбол…

– Ваш спор был не за футбол! – Длинный вдруг повысил голос и выставил вперёд руку с чётками. – Ваш спор был за «Зенит» и «Спартак». Я лишь сказал, что это меня не интересует…

– Что это ла?жа… – поправил его Вано.