Преображения Павла Волгина. роман в стихах

Маслоу,

И был, конечно, либерал

Он как и я в своих воззреньях.

Свободы лишь одно значенье

Из многих прочих выбирал,

Когда «права» – не просто слово,

А жизни главная основа,

Когда вполне свободен ты

Осуществлять свои мечты.

Поставить с головы на ноги,

Когда б либерализм могли,

То б полились в казну налоги

И капиталы притекли,

Чиновничье бы иго спало,

И время светлое б настало,

И был бы каждый – стар и мал —

По убежденьям либерал.

А нынче каждая корова

На либерала точит рог,

Стремясь очкарика гнилого

Боднуть и сбить рогами с ног.

То пастушонок камень бросит,

То путник бедного поносит,

То на экране не один

Холуйствующий господин

Его запишет в маргиналы,

За то, что некогда посмел

«The Times» читать в оригинале

И мнение своё имел.

Как я, болея за свободу,

Хотел поэт помочь народу,

Чтоб он яснее понимал,

Кто ряженый, кто либерал.

Итак, он – мой путеводитель

По вашим новым временам.

России современной житель.

Но стоит ли сердиться вам,

Что, в каждом миге видя радость,

Чихая на престиж и статус,

Небесным зреньем наделён,

Он сам себе Наполеон.

Он знал про рынка конъюнктуру,

Но под коммерческий каток

Стихи свои, свою натуру

Во имя денег класть не мог.

Не зарабатывал стихами,

Чтоб не носить на сердце камень,

Он для души своей писал

И, как бы, виртуальным стал.

Где графомания – искусство,

Там гений – просто графоман,

Пока он жив, живые чувства

Не ценим, нам важней обман.

Он знал, непризнанный при жизни,

Вот, после, да, он будет признан,

И замыслом великих книг

Рвал веком выданный ярлык.

Знакомство с героем

Онегиных у нас немало,

Искал я тип сложней его.

Так познакомился я с Павлом

Через поэта моего.

Вот так мы подошли к герою,

Который, как и ты порою

Как с ветки сорванный листок,

Попавший в мчащийся поток.

Какую роль он тут играет?

А в том, чем близок нам и мил,

Не нас ли он напоминает,

Не нас ли чем-то повторил?

Геройство сходно с лицедейством:

Служить Добру или Злодейству

На сцену вызвали его —

Герой не ведает того.

Но наш герой – не злобный гений,

Решивший Землю покорить.

Умён и добр он, нет сомнений,

Способен мыслить и творить.

В него и верю словно в Бога,

Чудес в моей поэме много,

Герой мой – феномен, но он,

Конечно ж, не изобретён,

А прямо мной из жизни взят он.