Приключения кирасира Стрешнева

– Беда, братие!

До землянки старца было версты две, да всё по бездорожью, по снегу глубиной в два локтя. Пока запыхавшиеся монахи добрались, от крохотной избушки остались тлеющие головёшки. Среди них нашли обгоревшие останки старца. А совсем рядом увидели такое, от чего волосы на голове повставали дыбом, персты сами стали творить крестное знамение.

На вершине у наспех воткнутого в снежный наст бревна была насажена козлиная голова.

Ни у кого не вызывало сомнений, что случившееся – дело чьих-то злых рук.

Игумен-то намедни уехал в епархию, посему порешили к благочинному [11 - Первый заместитель настоятеля монастыря.]. Архипке-пономарю и поручили сообщить эту страшную весть.

– Тут он мне и предлагает: – А не сыграть ли нам, штаб-ротмистр, в экарте [12 - Вид карточной игры.], чтобы скуку, так сказать, убить? Отчего ж не убить, отвечаю. Только он не знал, бедняга, что я и в вист неплох. Скажу по чести, играть мне с ним было не интересно. Ну, сорвал сто рублей, а дальше что? Вот я и предложил, а не сыграть ли нам, милостивый государь на интерес? А у него племянница семнадцати годов, и доложу я вам, премиленькая!

Конь вдруг остановился, фыркнул и закосил на Стрешнева глазом.

Мол, ты, хозяин, рассказчик интересный, но не кажется ли, что мы заблудились?

Вокруг был лес, занесённый снегом. А ведь, если староста не соврал, уже как с полчаса должна показаться деревенька.

– Неужели обманул, прохвост?

Густые ветки одной из елей дрогнули и на дорогу вышли люди.

Стрешнев схватился за трофейный дрезденский пистолет, но увидел, что это не разбойники. Монашьи клобуки выдавали в них людишков Божьих.

Монахи, завидев офицера-кирасира, удивлённо воззрились на всадника.

– Что братья, за два года отвыкли от военных?

– Так вас в здешних чащобах и в двенадцатом годе не видывали, – отвечал самый молодой. – Ни француз, ни наш брат сюды не добирались.

– Так у вас, стало быть, монастырь недалече? А ночлег одинокому заблудшему путнику дадите?

– Отчего ж не дать, – отвечал тот же.

Остальные четверо безмолвствовали, но к беседе прислушивались. Стрешнев догадался, что братья дали обет молчания.

Монахи двинулись меж деревьев, утопая в снегу почти по пояс. Степан Петрович тронул коня следом.

Монастырь появился неожиданно на холме, окружённом лесом. Освещённый полной луной, он, представляя сказочное зрелище. Деревянная церковь, рядом три одноэтажных строения.