Сумерки Богов

Они обмочатся в штаны от страха, когда увидят воинов из корпуса »Победоносного». Нет. Не стоит варваров опасаться. Но тогда кто?

Тяжелый взгляд императора пробежался по мгновенно посеревшим лицам магистратов. Рогон презрительно хмыкнул.

– Эти точно не посмеют восстать. Молох сломал хребет Совету. В нем остались лишь те, кто может озвучивать только его решения. Безвольные трусы!

Рогон встретился взглядом с пожилым магистратом, который не отвел глаз. Он даже слегка поклонился, но в его благородном лице не было и намека на почтение.

Император досадливо поморщился.

– Проклятый Назика! Тот еще прыщ на заднице! Но ничего. Совсем скоро этот гордец отправится в преисподнюю. Молох позаботиться о нем.

Рогон вздрогнул, почувствовав нежное прикосновение к руке. Повернув голову, встретился взглядом с Герией.

Красавица одарила мужа обворожительной улыбкой.

– Я так рада вновь оказаться рядом с тобой – волнующим, грудным голосом, заговорила она – Думала, что уже никогда не вырвусь из лап ведьмы.

Я так счастлива.

Император не мог похвастаться тем – же. Четвертая жена уже стала ему надоедать. Та пылкость, которую проявляла к нему Герия в начале их семейной жизни, превратилась в обычную рутину. Да и он сам потерял интерес к соблазнительному, но такому доступному телу супруги.

Рогон всегда заводился от криков боли, слез и мольбы, а главное страха, который он внушал молоденьким девушкам. Его угасающая потенция вновь пробуждалась в такие моменты.

Герия уже не могла ему дать остроту чувств. Он может и поблагодарил – бы ведьму, что она избавила его от наскучившей жены. Но был задет его престиж и гордость. Никто и никогда не смеет прикоснуться к его собственности! Ведьма, похитив жену, бросила ему вызов. Он разберется с Морой. Пускай другие знают, что похищение жены императора не останется безнаказанным!

Так подумал император, а вслух – же сказал:

– Я тоже счастлив. Можешь еще раз поблагодарить нашего верного Стража за свое спасение.

– Поблагодарить? – красавица состроила презрительную мину – Он к моему спасению не причастен. Другой человек освободил меня из неволи.

Император приподнял седую, кустистую бровь.

– Я что– то упустил, Молох?

Герия, не без злорадства, увидела, как по каменному лицу Молоха пробежала тень смущения.

– Да, мой великий муж – добавила она – Меня спас какой– то юноша. Он не побоялся сразиться с прислужниками ведьмы.