Сумерки Богов

Отольется нам кровавыми слезами дружба северян!

Рунн стукнулся с ним кубком, полным вина, и добродушно заметил:

– Ну, о чем ты говоришь? Зачем беду кличешь? Скажи, ради всех богов – ну, какая выгода Брайну идти войной на нас?! Что с нас можно взять, кроме жалких коров и коз? К тому – же, он заключил с нами торговый слад. Кстати, благодаря чему ты, Фирл, и попал в Тэльгард. По моему, тебе– то не о чем печалиться – тироны щедро расплатились с тобой за шкуры телят.

Едкое замечание Рунна не смутило коротышку и, тряхнув грязными, черными косами, он с упрямством сказал:

– Вот именно.

Я побывал в этом проклятом городе и кое– что видел. Он замолчал, а битуроги принялись торопить его:

– Что ты хотел сказать?! Натянул лук, пускай стрелу! Что видел?

Коротышка выдержал паузу и, растягивая слова, сказал замогильным голосом – Ва – ги-бур! Я видел там Вагибура!

Битуроги умолкли и даже вождь, не принимавший участия в беседе, услышав это имя, невольно вздрогнул и поддался вперед.

– Зачем, в такой черный для меня день, ты вспоминаешь этого кровожадного оборотня?!

Фирл привстал и с почтением обратился к Харлу:

– Ты прости меня, великий вождь. Я хотел позже поведать всем, что увидел в Тэльгарде. Но беспокойство снедает меня и не дает молчать. Этот каменный город тиронов нам на погибель! А видел я там Вагибура. Он сидел вместе со своими кровавыми дружками в клетке, словно пойманный зверь, и собравшиеся на большой площади, жители Тэльгарда, плевали ему в лицо, а детвора бросалась тухлыми яйцами.

– Вагибур в плену?!– ахнули изумленные гости.

Антал толкнул локтем Тиу, который пытался незаметно от Саумора стянуть со стола жирный, запеченный кусок лосося.

– Кто такой, Вагибур?

Тиу недовольно покосился на любопытного мальчишку и прошипел:

– Это самый жестокий морской разбойник из Бухты Мечей. Лучше встретиться с Хатосом – демоном смерти и мщения, чем с этим лютым зверем!

Антал с сомнением посмотрел на старого жреца, зная его склонность к приукрашиванию действительности.

А Фирл тем временем продолжил свой рассказ. Он оказался настолько прекрасным сказителем, что Антал выронил кусок жареной телятины из рук и весь превратился во внимание. Он, словно воочию, глазами коротышки, увидел то, что случилось в Тэльгарде.

По серым плитам площади, стертым временем, дробью выстукивают копыта двух меринов – тяжеловозов, тянущих за собой необычную повозку.