Античность сквозь призму иронии (сборник)

И спутники философа сказали:

«Трусишка Аристипп, а мы не знали,

Что дорожишь своей ты жизнью так».

– Не дорожит своею жизнью лишь дурак, —

Ответил Аристипп. – Бывают люди разными.

О, спутники, мысль выскажу такую:

«Рискуете вы жизнями несчастными,

А я – счастливейшей рискую».

Ответ Аристиппа

Тиран сказал: «Поскольку, ты философ,

Давай пофилософствуй, Аристипп.

Давай нам выдай что-нибудь про рыб,

Про рыб не хочешь – выдай про матросов.

Ну, что-нибудь глубокое и броское,

Короче, что-то очень философское».

– Ты, Дионисий, чересчур уж резв,

Особенно, когда не трезв.

«Давай-ка», «выдай», «что-нибудь поглубже»,

«пофилософствуй»… Ну и глуп же

Ты, Дионисий. Я тебя учу,

Как надо говорить. Но сам, когда хочу

Я говорю, а не когда захочет

Какой-нибудь глупец. Ответь мне: «Разве кочет

Кричит зарю, приказу подчинясь?

А соловей? Нет, он свистит, резвясь,

По зову сердца. Так же и мыслитель,

Когда он погружён в обитель

Свободных и глубоких дум,

То изрекает, что придёт ему на ум.

– Ах, так?! – вскричал тиран. – Тогда в конец

Стола иди. Там, в месте самом дальнем,

Ты будешь одиноким и печальным

На нашем празднике.

– И снова ты глупец:

Ведь хорошо, что место это есть,

И я иду, чтоб на него воссесть,

Всегда тебе покорный, как ты знаешь.

Но, милый мой, ты не подозреваешь,

Что стулу этому оказываешь честь:

Когда твоя закатится звезда,

Забудут место, где сидел тиран-правитель,

Но место то, где сиживал Учитель,

То место не забудут никогда.

Диоген

Диоген и Аристотель

Гуляя, Аристотель размышлял,

Чем киник-Диоген народ свой удивлял,

В чём суть кинизма (а по-нашему, цинизма).

Как сами киники твердили: это клизма

Для умников. Платон – пусторечив,

Стратон – слезлив, Стробоций – молчалив,

Сократ – гордец, а Гераклит так тёмен,

Что кажется другим: глубок он и огромен.

На деле же – пустая болтовня.

А интересно, про меня,

Что говорят они? Чем киник уникален?

Лишь тем, что он парадоксален?

Сбивает с толку неожиданный ответ?

Где ожидаем «да», там слышим «нет»,

И – ум в смятении.

Ты пробиваешь крепость стен

Не лбом своим, а каверзным ответом.

Хвалю тебя, ты мастер в деле этом.

Что ж, я оружие твоё

Возьму в свой арсенал, острее, чем копьё

Оно. Вот он идёт, однако.

Задумал что-то Диоген-собака:

Ухмылочка и потиранье рук.