Античность сквозь призму иронии (сборник)

И даже Диоген, который на весь свет

Тебя позорит, лизоблюдом называя

И подлецом, не признавая

Твоей с тираном дружбы – даже он

Твоим уменьем восхищён

Распутывать узлы, что крепче стали.

Твоё искусство на себе мы испытали,

За что тебя и любим. Но поверь:

Закрыта к милостям тирана прочно дверь.

Иль хочешь ты, чтоб мы печальным взглядом

Смотрели, как качаетесь вы рядом?

Уймись, смирись. Надежды не осталось.

– Надежда есть всегда. Коль мне досталась

Такая участь, чашу выпью

Я до конца.

Пощаду или же… – Тут вышел тот,

К кому он шёл. Его приветствовал народ

Восторженно. И Аристипп – к тирану.

Его увидев, тот: «И не проси, не стану

Я слушать! Нет!» – Но, на колени пав,

Ему философ: «Дионисий, ты не прав!

Он не заслуживает смерти. Но, однако,

Я – на коленях! Диоген-собака,

Ты знаешь, засмеёт меня. Плевать!

Но на коленях буду я стоять

И день, и два, и три…»

– Ну, ладно, ладно, —

Ответил Дионисий.

Что ты, гордец, и – на коленях предо мной.

Казнь отменить. Пускай идёт домой. —

И – Аристиппу: «Ты – со мной на ужин.

Прочту стихи. Как критик ты мне нужен».

Ироники, клеветники – мы знаем —

Всегда найдут объект, и долго осуждаем

Он ими будет. Языки такого типа

Прошлись и по поступку Аристиппа.

Мол, на коленях, мол, лизал сапог.

Но Аристипп врагам ответить смог

Достойно: «Да, я испытал за друга страх.

Стал на колени пред тираном я, понятно,

Чтоб просьбу он мою расслышал внятно,

Ведь у тиранов уши – на ногах».

Аристипп на корабле

Философ Аристипп в ученье ввёл

Такую мысль, что человек, как вол,

Всю жизнь трудиться должен, но творенье

Его должно быть плодом вдохновенья.

Коль человек – трудов своих творец,

То счастье – вот трудов его венец.

И что не столько важен род деянья,

А важно, что деянье есть познанье

Как человека, так и жизненных основ,

Иначе жизнь пройдёт под сенью глупых снов.

Плывя на корабле однажды,

(Корабль попал в жестокий шторм)

Страдал от страха он, от тошноты, от жажды.

Шторма он выносил с трудом.

Пав на колени, он молился,

Чтобы Нептун ему явился,

И он ему сказал бы так: «Нептун,

Ты видишь: я не стар, не юн,

В расцвете сил, и в подземелье Ада

Спускаться не хочу. Да мне туда не надо.

Спаси от смерти! Жертвенных быков

Штук пять я принести тебе готов».