Мысль виночерпий разума

Глупость – ум-специалист по знаниям общего пользования науки, изложенным в предисловиях диссертаций, монографий, дискуссиях на форумах…

Полиция завалит досье на лучшее в человеке – свободомыслие.

Не могу заставить башку мыслить прилично. И трезв, и бумага есть, и чем увековечить ее испражнения есть, а башка все об одном – где это я? в гостях? У себя что ли?

ПРИТЧА 194. О, эти мысли… Так и лезут, так и лезут из всех щелей треснувшей с похмелья башки, ну, как тараканы, и хоть бы один гад придумал, где бы похмелиться.

Экзамен игра в подкидного дурака, сдает карты экзаменатор, понимая, что все козыри у студента в шпаргалке.

Науке не нужны умы, нужны абсурды открытий и прихлебатели, кто разжует дуре, о чем речь идет.

Невежество не глупость, это резерв ума, делающий лень комфортной.

Слова – сон ума, будимый суетливой мыслью в вечной тревоге, как бы не настигнуть собственный хвост.

Логика всегда готова услужить искушению ума выглядеть автором собственных мыслей.

Мудрость, встречаясь с наукой, первой не поздоровается…

Привидения ищут должников мертвых картежников.

Если бы память не хранила бы с такой аккуратностью прошлое наших умерших близких, у смерти не было бы повода нас разлучать и брать на себя заботы памяти нашей любви.

Привидения являются напомнить будущим мертвецам о неоплаченных долгах.

Гениальность преступление против законов посредственности.

Гениальность – запой ума таланта.

Посредственность – грех мысли, не заслуживающий взаимности ума.

Мысль цвета чернил писателеля.

Ум до добра не доводит, его хватает на полдороги до полудобра, где его поджидает сомнение, не рациональнее ли сократить путь на полдороги и остаться полоумным, но приятелем и Добра, и Зла.

Время катафалк, обслуживающий кладбища.

Гений – божья извилина, лишняя в сером мозгу науки посредственностей.

Глупость одна милосердна к посредственному человеку.

Ум причина вечного раздора, его не хватает на всех, зато оружия всем хватит, чтобы ум не достался никому.

Склероз – щедрость памяти на отдых от собственной неутомимости.

Язык – декоративная принадлежность голой мысли, он и оденет и обует и рюмочку голодранке поднесет.

Язык соавтор мысли, отредактировавший мысль для публичного потребления.

Что уму не по силам – вертится на языке.

Содержательная беседа с хвастуном только для времени, хвастун соловьем заливается, а время, смотрю, в уголке прикорнуло.