Избранное избранного – 3

Школа преподает суеверия отживших знаний, чтобы до возмужания юное сознание не загнулось до срока под тяжестью объективных нелепостей реальности.

Суеверие для многих чудесное благо, оно делает реальность, запутавшуюся в противоречиях добра и зла, пригодной сохранить целостность по природе беспомощного сознания.

Цивилизация – чудовище, оно не оставляет возможности чувствовать себя приличным человеком существу, затырканному способностями ниже среднего уровня пригодности для общества потребления.

Принципиальность – ортодоксальность, вызубрившая расхожий минимум прогрессивной терминологии.

Человек – истина подозрительная в обществе граждан.

Когда меня окликают: гражданин! Невольно тревожусь, – чего еще я не додал обществу государства.

В обществе человек чувствует себя толпой.

Интуиция – нечистая сила на службе Божьего Создания.

Люди – базар-вокзал эволюции.

Человек – манекен в швальне Всевышнего.

Человек набивается в родичи Всевышнему.

Гений обезьяны использовал эволюцию всего лишь для того, чтобы помыкать другими обезьянами.

Душа спекулянта рада любой удаче, особенно афере.

Дом полная чаша? Чего именно полная?

У зла и мозги зубастые.

Радость – приписка мелким-мелким шрифтом внизу шикарной этикетки любви.

Навязываем вещам и явлениям природы свои предрассудки, они с удовольствием пугают нас приметами невежества.

Нет Создателю покоя, – нет отбоя от вымогателей дармовщины.

На трезвую головушку и радость черствая корка, завалявшаяся с прошлой пьянки.

Земеля во мне нудный трезвенник, мое млекопитающее – тороватый собутыльник.

Для души пьяницы нет языкового барьера.

Пьяница дома за любым столом.

мировые проблемы от воздержания.

Трезвеннику не быть добрым человеком, не хватает широты души и божественной снисходительности поддавохи.

В лечении нуждаются алкаши, – и больше от трезвости души.

Метаферизм интеллектуальная матерщина.

Аудитория метаферизма – Боги и простаки с поддатым сознанием.

Цивилизация делает нас всех на одно лицо, только вино делает нас разнообразными от веселья, – у каждого своя мера, своя философская программа.

Метаферизм ценят бабники и патологоанатомы.

Эх, жизнь. Днем – базар, вечером- пьянка, ночью- бордель, утром – покаянная молитва.

Свобода девка уличная, за красный сарафан с любым пойдет.

Свобода покушается на божьи прерогативы милосердия.

Свобода трудно в руки дается, словно предупреждает дураков, как трудно ее удержать от распутства.