У Билли есть хреновина

– Ты Ванье ответь, хлоп твою железку, – говорит Билли.

– Хорошо, отвечу. Я предложил бы лоботрясу Грегу пойти соснуть бензина. А в чем дело?

В дверь звонят. Бабушка, недоуменно пожимая плечами, идет открывать.

– А в том дело, – объясняет Билли, жуя, – что прошлым вечером этот лоботряс предлагал нам получить машины с твоей стоянки. Ему, видишь ли, погоняться не с кем, хлоп его железку.

– И предлагал очень уверенно, – добавляю.

– Не люблю я, – говорит Билли, – коррупцию любого сорта, а полицейскую коррупцию особенно.

Лейтенант сидит перекошенный, будто его самолюбие в болото обмакнули.

А в гостиную входит старый Вейланд. Бряцая шпорами и небрежно помахивая настоящей «пятигаллонной» шляпой.

– Доброе утро, лейтенант, – говорит он. – Здравствуйте, господа. Вильям! Айвен!

Рука у старого крепкая и сухая. И сам такой же.

Бабушка наливает Вейланду кофе, тот с наслаждением пьет. И сразу быка за рога.

– Вильям, – говорит.

– Да не вопрос, сэр.

В отличие от Грега, этот Вейланд нравится Биллу. Да и мне тоже. Есть что-то привлекательное в крупном финансисте, который в один прекрасный день передает бизнес старшему из сыновей, а сам возвращается на ранчо, откуда родом, и разводит скот, наслаждаясь жизнью.

Если бы он еще младшего сына к делу пристроил, или хотя бы драл его раз в неделю своим тяжеленным ремнем – цены бы Вейланду не было.

– Я, наверное, на улице подожду, – лейтенант встает.

– Что вы, Гибсон! – усмехается Вейланд. – Какие секреты. Останьтесь, вам будет интересно. Это, собственно, хм… Причуда немолодого коллекционера. Ребята, я насчет того Хогарта, что вы мне привезли.

– Отличный Хогарт, – говорю. – Прямо как настоящий.

Теперь очередь Вейланда подавиться кофе, но он чашку уже на стол поставил.

– Простите?..

– Нет-нет, сэр, я не настолько разбираюсь в живописи. Хотел сказать, что ваш Хогарт производит впечатление настоящего.

– А вы работайте побольше, Айвен, – советует Вейланд. – Тогда сможете позволить себе картинку над койкой на старости лет.

– Мы пашем, как два кентавра, – заверяет Билли, отодвигая пустую тарелку и снимая камень с шеи. – Когда разбогатеем, я повешу над своей одинокой кроватью «Черный квадрат», а Ванья – «Белый».

Вейланд довольно хохочет. Лейтенант чешет в затылке.