Проходимцы

Еще сильней закусив губу, альбинос резко метнулся вперед… и едва сдержал крик, когда множество лучей пронзили его, словно шпаги. Перед глазами полыхнуло красным. Эта пытка продлилась всего пару мгновений, но Томасу они показались вечностью: минув рамку, он остановился, чтобы немного прийти в себя: дышал альбинос так тяжело, будто только что пробежал от Северного конца Вандерсайда к Южному.

– Тьфу ты, вечно забываю, что вас магия долбит… – запоздало спохватился вышибала.

– Ничего… – едва ворочая языком, отозвался Томас. – Порядок… Веди…

– Вот вы странный народ – альбиносы… хрен поймешь, че у вас на уме… – покачав головой, сказал бугай и первым устремился к арке, за которой находился зал.

«Рога и копыта» явно относился к тем барам, где полумрак нужен был не столько для создания атмосферы, сколько для того, чтобы скрыть убогость интерьера. Альбиносы неплохо видят в темноте, и потому Томас сразу обратил внимание на ободранные края столешниц и лавок, на замызганный пол и на помятого темноволосого мужчину лет тридцати пяти, который скучал у не менее помятого кассового аппарата.

– Эй, Салли! – заметив Измерителя и вышибалу, воскликнул помятый мужчина. – Кого это ты привел?

В полумраке он вряд ли мог понять, что перед ним альбинос, но Томас все равно напрягся.

– Иди ты, Чарли, – беззлобно огрызнулся бугай. – Этот парень ищет кое-кого, – отозвался бугай, мотнув головой в сторону Измерителя. – Поможешь? Ты ж у нас тут главный по части языком почесать.

– Кто-то языком чешет, кто-то – кулаками, – невозмутимо пожал плечами мужчина за стойкой. – У всех свое ремесло.

– Короче, это вот Чарли, наш бармен, – оглянувшись на Томаса, сказал вышибала.

Измеритель кивнул, здоровяк устремился обратно к выходу. Томас, проводив его взглядом, подступил к стойке.

– Альбинос, стало быть, – констатировал бармен.

– Ну… да, – медленно ответил Измеритель.

«Ну не встанет же он в позу теперь?…»

– Нечасто к нам ваш брат заходит, честно признаться, – сказал Чарли.