Депортация

В прежние времена такое показалось бы неслыханной роскошью. Но всё меняется. Вот и те зелёные просторы – многие километры до горизонта – могут стать нашими. Вполне, лет через тридцать-сорок.

Почему-то вспомнился Ратников, последний с ним разговор в Академии. Я вернулся в дом. Здесь, в отличие от Академии, кабинет у меня просторный. Даже с элементами роскоши, главный из которых – диван. С возрастом особенно проникаешься китайской мудростью: лучше лежать, чем сидеть. Вот и сейчас я прилёг на элемент роскоши.

И произнёс: «Евровести. Рингхальс».

В центре комнаты возникла объёмная картина – развалины блока атомной станции. Робот-скорпион разбирал груду бетонных обломков, а робот-бульдозер сгребал строительный мусор в большую кучу.

Включился бодрый закадровый голос.

«Первомайская катастрофа на шведской атомной станции “Рингхальс” привела к выбросу в атмосферу огромного количества радионуклидов. Для обследования и очистки загрязнённой территории в очаге аварии широко используется роботизированная техника».

«Скорпион» встал на перекур, а комментатор продолжил.

«Облучение штатных профессионалов сверх допустимых норм запрещено европейскими законами. Но мобильные роботы применимы не везде. И тогда на выручку приходят ликвидаторы-добровольцы».

А вот и наши красавцы, в противорадиационных комбинезонах, похожих на костюмы первых космонавтов. На оранжевом фоне, на груди и спине – партийный логотип: две чёрные совмещённые буквы – «П» и «М» – внутри белого квадрата.

Партия муэрте, а в переводе – партия смертных.

Первое время я не понимал, почему многие муэртисты сразу после аварии в Рингхальсе буквально ринулись в ликвидаторы. Но потом дошло: ведь основная масса партийцев – безработные. Прозябать на пособие не круто, совсем не круто. А тут и деньги, и статус, да.

«Как вы знаете, недавно введены новые санитарные нормы, – продолжил комментатор. – Они касаются опасных работ, связанных с попаданием радионуклидов в организм.

Теперь при внутреннем облучении требуется визуализация радиоактивности органов и тканей. Что это значит? Ликвидаторам вводят специальный препарат – визурад. Радиоактивные изотопы начинают испускать свет – и радиация, накопленная телом, становится видимой».

«Смотрите, смотрите! – не унимался незримый комментатор. – У двоих ликвидаторов светится гортань. Красное свечение вызывает радиоактивный йод, ведь он концентрируется в щитовидной железе.