Сторно

Не доезжая до пруда, стали съезжать направо лёгкие танки и броневики. За ними потянулась вереница грузовиков. Вместе с тем массивные «четвёрки» с короткими толстыми стволами продвинулись по шоссе дальше, за сотню метров до закупоренного «бутылочного горлышка» притормозили и начали подворачивать налево, явно отыскивая съезд в поле. Я усмехнулся, похвалив себя за предусмотрительность, но тут же плюнул от досады, сообразив, что танки могли съехать с шоссе заранее. Это стало понятно, когда на контуре между потемневшим в сумерках полем и ещё светлым небом появились приземистые бронированные коробки.

Мина рванула под третьим, спустившимся с шоссе танком. Другие «четвёрки» все вдруг остановились, а две уже ползающие под откосом стальные машины почти одновременно напоролись на наши гостинцы. Изувеченные мощными взрывами танки замерли в нелепых позах, накренившись под откосом, размотав гусеницы и опорные катки в развороченной земле.

Не прошло и минуты и плотно набившиеся на шоссе танки, будто очнувшись, открыли беспорядочную стрельбу по склону высотки, ровняя с землёй наши ложные окопы.

Тем временем танки из хвоста колонны отыскали удобный съезд и начали расползаться по полю. Пушки Строгова молчали, и я был рад, что у парня крепкие нервы. Он явно ждал дистанции уверенного поражения.

Между тем стоящие на шоссе передовые танки слегка попятились и, отчаянно газуя, опять сделали попытку спуститься под откос. Грохнул ещё один взрыв, поднялся столб тёмного дыма, потом вспыхнуло пламя. С новой силой загрохотали пушки, и склон высотки опять вспух разрывами.

Воздух загустел от едкого дыма, поднятой земли и горячего металла. Наплевав на опасность, я осторожно выглянул из-за бруствера, стараясь за пару секунд охватить картину разворачивающегося боя.

Почти одновременно слева и справа ударили выстрелы наших пушек. Справа за перелеском хлёстко зачастили сорокапятки, а слева грохнули трёхдюймовки Строгова. От первого же выстрела полыхнула крайняя «четвёрка». Чуть погодя рванула и скособочилась ещё одна.

Потом недолёт. А вот и третий танк выбросил вверх столб чёрного дыма с пламенем. Такой молниеносный расстрел явно ошеломил танкистов. Они попятились к шоссе, огрызаясь частыми выстрелами.

На поле дым от выстрелов, взрывов, горящих и газующих танков начал сливаться в мутную пелену, застилая и без того неважную видимость. По моим прикидкам в первой стычке наши артиллеристы уработали не меньше четырёх железных крестоносцев.

Ответ немцев не заставил себя ждать.