Сторно

Мне показалось, что от пропитанной ненавистью, горем, насилием и густым табачным перегаром атмосферы вся краска на стенах сморщилась, облупилась и повисла лохмотьями, а решётки на окнах покрылись бугристым слоем ржавчины. Классический интерьер допросного помещения не отличался оригинальностью: потёртый и заляпанный письменный стол с переполненной окурками пепельницей, чернильным прибором, папкой для бумаг и настольной лампой с зелёным абажуром. Простой стул с потёртой кожей. В углу громоздился крашеный суриком обшарпанный сейф.

Вслед за капитаном в комнату ввалились два мрачных звероподобных верзилы с закатанными рукавами, непокрытыми головами и расстёгнутыми гимнастёрками. Тоже понятно, кто такие. Палачи, что гадать. И, как положено, на их мутной совести не отмечалось ни малейших следов угрызений. Не церемонясь, они чуть ли не воткнули меня задницей в табурет, и встали за спиной.

– Фамилия, имя, отчество, год и место рождения? – напустивший на себя лживую многозначительность капитан Самсонов посуровел, выдохнул дым в сторону лампы и напыжился.

– Батов Василий Захарович. 1913. Русский. Калининская область село Махово. Не имел. Не привлекался. Не состоял.

– Борзеешь? Отвечай только на вопросы, а то поговорим по-другому, и смелость свою враз растеряешь.

– И что? – я поёрзал, устраиваясь на табурете, громко зевнул и нахально улыбнулся, – бить начнёте? Или сразу к стенке? Действительно, а чо время терять.

– Не боишься, значит. Улыбаешься. Ну, ну. Хочешь вывести из себя. Не выйдет. Отвечай коротко и ясно: когда тебя завербовала немецкая разведка, кто вербовал, кто резидент? – подпустил он в голос властных ноток.

– Улыбаться, капитан, надо всегда или от радости, или назло. Так и быть всё скажу. Пишите. – Надоел он мне. Пора было срываться с этого поводка. И я начал художественно «лепить горбатого»: – В присутствии двух свидетелей, занесите в протокол их имена и данные, я подожду… заявляю: 25 июня одна тысяча девятьсот сорок первого года в городе Слоним по интересующему вопросу со мной общались военнослужащие, назвавшиеся… Записали? Старшим лейтенантом госбезопасности… Записали? Достанюком и капитаном госбезопасности Самсоновым, которые от имени советской власти утверждали, что выполняют приказы наркома Внутренних Дел Берии Лаврентия Павловича.