Сторно

– Знакомьтесь, его зовут Павел. Он сирота. Просится к нам в роту. А теперь главное. Дневальные посмотрите, чтоб никого постороннего… Павел случайно попал под излучение. Танком, видите ли залюбовался. Теперь он тоже такой же, как и мы «стальной». Если его оставить здесь, то очень скоро он попадёт в НКВД, а затем к учёным, которые его в прямом смысле выпотрошат в поисках тайны брони. Единственный выход, временно его приютить. Если кто хочет сказать, высказывайтесь.

– Товарищ командир, но ведь вы уже приняли решение?

– В общем-то, да.

Но если будут аргументированные возражения, я не пойду против воли коллектива.

– Что тут рассуждать. Давайте проголосуем, – встрял мехвод Сорокин.

– Кто против? Так. Кто за? Единогласно. Теперь слушайте внимательно. Парень пока будет прятаться. Если кто-то развяжет язык, пусть пеняет на себя. Он не игрушка, а живой человек, и хлебнуть горя успел. Пусть пока поживёт среди нас, присмотрится. А потом разберёмся, кто станет его наставником. Вопросы есть? Нет.

Готовьтесь ко сну. Завтра всех подниму в пять.

Сон не шёл. Уже полночь миновала, а я продолжал ворочаться. Только сейчас накануне нового похода до меня стал доходить смысл пребывания в этом времени. Сама судьба, или кто-то на неё похожий, столкнула меня с танковой армадой Гудериана. Ведь, насколько я знал, именно эта танковая группа переломила ход войны в центре и на юге. Именно на её счету кровь почти полумиллиона бойцов и страдания почти миллиона пленных. Именно эта группа замкнула кольцо в Белостокско-Минском и потом в Киевском котлах.

И может быть потому свой путь священной справедливости я начал с того, что оказался на пути этой своры закованных в броню убийц. А может был иной смысл. Чтобы спасти доверившихся мне 123 человека. Чтобы не исчезли они в жуткой мясорубке начала войны, а потом появились их потомки. Или может быть в спасении собственного деда, чтобы продолжился мой род и появился я сам. Ну, что же, будем считать, что и этот день прошёл необычно, но в целом закончился удачно.

Проснулся я ни свет, ни заря. Подъём и недолгие сборы. В восемь часов загруженные машины с орудиями на прицепе выбрались на дорогу. Танк рявкнул двигателем и выехал последним, замыкая колонну. Не спеша мы подкатили к площади перед штабом. Покинув грузовики, бойцы сняли головные платки, надели новые каски, построились повзводно и замерли в строю. Ладно подогнанная новая форма, чёткий строй и однотипное оружие придавали роте своеобразный шик.