На улицу опустилась осень…

А приходил он и один, и с друзьями, или с подругами – не важно, – это было место для уединения и для того чтобы вместе с кем-то приятно провести время.

С крыши была видна намного большая часть залива, чем когда он был внизу. Усевшись на скамейку, он опять устремил свой взгляд вдаль тёмно-голубой водяной глади. Он смотрел на проплывающие мимо сухогрузы и паромы, на птиц, летающих над водой, и немногочисленных людей, которые идут по берегу залива. «Интересно… – подумал он, – А что этих людей заставило прийти в такую рань к заливу?» Но не найдя ответа и в принципе не ища его, он решил, что пробыл на этом месте достаточно времени и пора отправиться дальше.

Спустившись по лестнице, он увидел свою сумку, на которую, как он и предполагал, некому было покуситься в столь ранее утро. Накинув её на плечо и спустившись на лифте, он вышел на улицу и принял решение, что в оставшиеся два памятных для него места он не пойдёт, так как это напоминает уже какие-то поминки.

– Пусть они останутся в моей памяти такими, какими они были – прошептал он, закрыв глаза и глубоко вдыхая воздух носом.

Отряхнув куртку от паутины и пыли, которая налипла на неё на крыше и осмотревшись, нет ли на его одежде ещё какой-нибудь грязи, он решил начать своё движение в сторону дороги, которая находилась недалеко от двенадцатиэтажки.

Дойдя до дороги и двигаясь вдоль проезжей части, он решил открыть сумку, в которой лежали аккуратно сложенные вещи: несколько рубашек разного цвета, шорты, футболки, свитера и некоторые предметы личной гигиены.

«Господи, как это всё сюда вместилось, да ещё и место осталось?» – удивился он, но не вещи были объектом поисков в его бездонной сумке, а приличный по толщине упакованный свёрток, лежавший на самом дне. Найдя то, что нужно, закрыв сумку и осознав, куда именно ему в данный момент надо направляться, он повернулся лицом к пустынной дороге и, перейдя её, отправился к почтовому отделению, которое находилось во дворе ближайшего дома.

Почтовое отделение было закрыто. «Я бы удивился, если бы оно было открыто в такую рань, да ещё и в воскресенье», – подумал он, улыбнувшись. Не осознавая, отчего появилась улыбка на его лице, да и не ища причины, потому что зачем вообще думать о том, почему ему захотелось улыбаться в такое непонятное хмурое утро, он разорвал упаковку и достал содержимое. Оно представляло собой больше десятка конвертов, так же бережно и хорошо заклеенных.