Сначала кофе

– Он нашему главному денег ссудил. На каких-то жутких условиях. Я точно не знаю. Слышала краем уха. Нечаев может вывести капитал, распродав здесь все: начиная от помещения, заканчивая табуретками. Он как-то при мне пошутил, что если суп принесут холодным, то свернет лавочку. А может и не шутил. Шеф наш тоже не понял, юмор это был или всерьез. В общем, теперь мы господина Нечаева обязаны облизываться. Иначе…

– Я поняла, – выдавила я сквозь сдавленное горло, – ну и сволочь он.

– Это бизнес, Ась.

– Свинство это, Кать.

– А ты с ним, похоже, поладила, – отметила она, туша сигарету. – Нравишься ему.

– Зато он мне не очень.

– Понимаю. Но придется терпеть.

– А если я уволюсь? – Дух бунтарства снова завладел мной.

– Я не знаю, – пожала плечами Катя. – Не увольняйся. Пожалуйста.

Она сделала глаза кота из Шрека, и я рассмеялась.

– Правда, Аська, я жить хочу.

– Твоя жизнь в моих руках?

– Хах, похоже.

Мы вместе посмеялись, возвращаясь в зал.

Но очень скоро мне стало не смешно.

Нечаев теперь обедал в «Праге» каждую мою смену.  Раньше я видела его раз в неделю, может два, а теперь… Похоже, он выучил мой график. Первое время я думала, что Кирилл отказался от глупой затеи с ужином. Он все время приезжал с кем-то, вел за обедом переговоры, почти не обращал на меня внимания. Даже как-то обидно было. То мы целуемся, то вообще ничего.

Подобные мысли я, конечно, гнала от себя. Радоваться надо этому ничего, а я почему-то грущу. Лишь изредка Кирилл смотрел на меня.

Я сама не заметила, как стала ждать эти мгновения, когда мы «узнавали» друг друга глазами. Все остальное время я была официанткой, а он вип-клиентом с завышенными требованиями. Нечаев не стеснялся выговаривать за промахи.

– Надеюсь, вам все понравилось? – спросила я как-то во время его обеденной встречи с какими-то толстыми дядьками.

– Все холодное принесли, – фыркнул Кирилл.

Я могла предположить, что его еда остыла, пока он обсуждал дела, но не стала, конечно. Вместо этого я сделала виноватое лицо.

– О, прошу прощения. Я передам шеф-повару.

– Леща ему передайте, – пробубнил Нечаев.

Мужики за столом заржали. Я не сдержала улыбки.