Сначала кофе

– Ася, подожди, – Нечаев схватил меня за руку. Когда только сам успел выйти и обогнуть машину?

– Постой, позволь мне объяснить…

– Объяснить что? Откуда знаете мой адрес? Как нашли меня в парке? Что вы вообще от меня хотите? Ах, да. Хотите поужинать. Это я помню. А если чуть глубже копнуть?

– Куда копнуть? – переспросил он, глядя на меня, как на сумасшедшую. Похоже, я его изрядно запутала.

– Следите за мной, намеренно испортили свидание, – я опять перестала верить его словам о Саше. Наврет ведь – недорого возьмет.

– Господи, – Нечаев потер переносицу. – Далось тебе это свидание.

– Да, далось! – взвизгнула я. – Девочки, знаете ли такое любят. Шарики, аттракционы, сладкая вата, романтика. Вы не знали? Вас учили только кормить объект, который собираетесь завалить в койку? А у нормальных, молодых, – я специально выделила последнее слово голосом, – людей все начинается с романтики, разговоров, прикосновений. Поцелуев.

– И ты собиралась целоваться сегодня вечером?

– Да, – громко наврала я.

Он все еще сжимал мою руку, не давая убежать. Вторую положил на талию, притянув к себе резко. Я охнула, прижавшись против воли к крепкому мужскому телу, и задрала голову, чтобы продолжить орать и отбиваться. Но Нечаев склонился и заставил меня замолчать поцелуем.

Я вздрогнула он неожиданности. Его рот прижался к моему. Жесткий, беспощадный. Я вся задрожала, не веря в реальность происходящего. Язык прошелся между губ, требуя раскрыться, впустить.

И я послушалась. Не знаю, почему. Понятия не имею. Более того, тихо пискнув, я стала отвечать на поцелуй.

Голова кружилась, и задним умом я поняла, что Нечаев больше не удерживает меня силой, а обнимает. Одной рукой он водил по моей спине, а второй гладил плечо. Я задрожала еще сильнее и прижалась к нему крепче.

Оторвавшись от моих губ, он тихо и хрипло спросил:

– Таких поцелуев ты хотела?

Я открыла глаза и пришла в себя. Хотя, наверно не в себя.

Определено, мой разум не был способен на следующее действие. Оно само как-то вышло. Клянусь, я себя не контролировала. Первым делом я пихнула его посильнее, чтобы освободиться от тесных объятий, а потом, размахнувшись, залепила звонкую пощечину.

Кирилл Александрович дернулся, даже отшатнулся. Потирая ладонью щеку, он часто моргал, глядя на меня. Теперь его глаза были размером с блюдце.

– Да пошел ты! – зло выплюнула я, гордо откинув назад волосы.