Престол Немедии

У Сварога мелькнула мысль, что невозмутимый Шамсудин гораздо больше подходит Ирине, чем он сам, и что их короткий роман был обречен с самого начала.

– Ждите нас здесь, – уже на пороге комнаты продолжала командовать Ирина. – На улицу не выходите, это опасно для Ильмы. Если ее кто-нибудь узнает – все пропало.

Ильма вздохнула и за спиной Ирины скорчила гримаску, означающую, что ей давно надоело самоуправство рабирийки.

– Не упускай случая, развлекись, если сможешь, – подмигнув, напутствовал друга славянин и напоследок увесисто хлопнул Шамсудина по плечу.

И вот теперь тайное желание Сварога наконец сбылось – ничто не мешало его маленькому приключению с беглой дочкой немедийского вельможи. Подсев к Ильме, Сварог полуобнял ее за плечи и начал нашептывать всякую дребедень, на которую обычно падки женщины. Ильма заливалась краской и беспрестанно хихикала, словно не замечая, что правая рука сибиряка уже начала развязывать тесемки на лифе ее платья. Неожиданно Ния, которая до этого, казалось, спала, свернувшись клубочком на широкой кровати, приподнялась на локте и мрачно взглянула на шушукающуюся парочку.

– Я хочу есть! – заявило белокурое созданье, одарив слегка смутившегося Сварога враждебным взглядом.

– Ах, Ния, мы же недавно обедали! – недовольно воскликнула Ильма, оправляя одежду и отодвигаясь от славянина.

– Ну и что! – упрямо сказала девочка. – А я еще хочу! Будешь плохо за мной ухаживать – я папе пожалуюсь!

Ильма вздохнула и принялась раздраженно натягивать на Нию верхнее платьице.

Девочка победно посмотрела на Сварога и показала ему язык. Это окончательно разозлило сибиряка, чья личная жизнь вот-вот должна была пойти прахом из-за капризного младенца.

– Ну, вот что, – решительно сказал Сварог, бесцеремонно схватив девочку под мышки, как котенка. – Я посажу тебя за стол внизу, в общем зале, закажу тебе чего-нибудь поесть, и ты будешь сидеть там, как мышка, пока мы с твоей мамой тут поговорим о всяких важных делах.

Иначе я запрячу тебя в подпол, где живут огромные крысы, и еду тебе будут спускать на веревке. Понятно? – сибиряк встряхнул Нию так, что у той клацнули зубы.

– А мой папа… – нерешительно начала девочка, с некоторым страхом глядя на славянина.

– А твой папа мне только спасибо скажет, что я избавил его от такого вредного дитяти, – и сибиряк улыбнулся Ние той улыбкой, что обычно предназначалась врагу перед тем, как выпустить из него кишки.