Смертоносный цветок

 – Может, вам носки купить? Тут магазин за углом. А то мозоль можно натереть…

– А? Нет, не надо, – ответил Геша. – Я так привык.

Дежурная покосилась на Гешины ступни и выдала смущённому туристу тапочки, демонстративно протерев их дезинфицирующим раствором.

В четырёхместном номере не было ничего, кроме кроватей, встроенного шкафа и стола со стулом возле окна. Ашот провёл пальцем по столешнице, проверяя, нет ли пыли.

– Неужели я платил такие деньги за то, чтобы меня сунули в какую-то общагу? Где ванная? – удручённо уставился он на Айну.

– Одноместных нет, это же японский стиль, – сладким голосом сказала Айна. – Но вы не беспокойтесь, в комнате вы будете жить совершенно один. Душевая вон туда по коридору, столовая слева от входа, жду вас там через тридцать минут.

– Я не хочу ходить по коридору в трусах, – крикнул Ашот ей вслед, – я хочу душ в номере! И я хочу ресторан, а не столовую!

– Ресторан через дорогу, – донеслось из коридора.

Через условленные полчаса все они разглядывали столовую, поделённую на две части: русскую, с обычного вида столами, и японскую – подиум, устланный циновками и уставленный низкими столиками. Куклы в цветных кимоно прикрывали веерами удивлённые лица, кокетливо прячась за причудливые икебаны и бонсаи.

Столовую зону от кухни отделяла полустена. Плотная занавеска над ней отодвинулась, и румяная, пышнотелая тётка шмякнула на стойку две тарелки:

– Подходим, забираем, приятного аппетита!

– Как это вам, а?! – возмущённо спросил Ашот.

Но Иваницкий уже взял тарелки и шёл к столу. Тётка бодро выкидывала на стойку тарелку за тарелкой, и вот уже и Изуми, и Сергей Семёнович, и Геша с Виталиком – все сидели за столом, покрытым белой клеёнкой, и уплетали за обе щеки наваристый борщ. Повариха поставила в центр стола горку котлет на большой тарелке и хрустальную вазочку, полную красной икры, веточки петрушки украсили картофельное пюре, и завершила композицию миска салата-оливье.

– У нас по-домашнему, – гордо сообщила повариха и уставилась на Ашота. – А ты чего стоишь, не голодный, что ли?

Ашот вздохнул и потянулся за своей порцией.

– Кому рыбы? – спросила тётка.

Геша поднял руку.

– Вот молодец, люблю, когда люди хорошо едят! – весело сказала повариха и шлёпнула на стол перед Гешей тарелку с порцией запечённой горбуши.

– Я тоже буду рыбу, – сказала Изуми.