Распутья. Наследие Повелителя

Этот недоеденный комарами покойник ухитрялся угадывать даже такие, казалось бы, непостижимые тонкости. Ну с чего он вообще взял, что эти два факта связаны между собой?

– Мою мать убил Повелитель, – неохотно и коротко пояснил он, понимая, что эта сволочь все равно не отцепится. – Он забрал ее как ежегодную жертву.

– За что? Я имею в виду, почему именно «забрал», а не «выбрали и отдали»? Чем она его так прогневила?

– Когда Райлина… моего брата… выбрали для обучения, она неожиданно сбежала из поселка, прихватив его с собой.

– Теперь-то тебе понятно, почему она это сделала?

– Ты хочешь сказать, она предвидела, чем закончится его служба Повелителю? Я тоже думал об этом, но если бы дело было в ее даре… разве она не могла предвидеть, чем закончится ее попытка?

– У меня мало информации для предположений, я, к сожалению, не знал ее, но… Если она была слабой провидицей, то могла и не знать всего. А если сильной – то могла, напротив, предвидеть гораздо дальше и сознательно пойти на смерть ради того, чтобы ты на всю жизнь возненавидел Повелителя и в ключевой момент принял правильное решение.

– Да, – неохотно отозвался Кайден, нервно оглядываясь. До дома оставалось каких-нибудь два десятка шагов, и он не хотел, чтобы их разговор услышал кто-то из домашних или соседей, пусть даже этот разговор в кои-то веки велся без издевательских подковырок.

– Жаль уходить и бросать тебя одного, но лучше все-таки дать тебе выспаться. Иначе ты явишься на собрание совсем невменяемым и натворишь каких-нибудь глупостей. Кстати, если тебе придет в голову мысль позаимствовать у отца чего-нибудь действенного от бессонницы, рекомендую эту мысль гнать от себя пинками и тряпками. Не хватало, чтобы ты на собрании ловил фиолетовых гоблинов или витал где-то в заоблачных грезах.

– Не дождешься, – зло огрызнулся Кайден и ускорил шаг. Да что он, мысли читает, в самом деле? Ведь он только успел подумать!.. – Ты ведь тоже туда явишься, верно? Как же без тебя…

– Я буду там, – согласился призрак. – Мне хотелось бы лично видеть, как все пройдет, а не слушать потом с чужих слов. Но пока я планирую тихо и скромно посидеть в стене, не привлекая к себе внимания.