Попутчица. Книга I

Если в нее, вопреки стереотипам об автобусных экскурсиях, входили не только зрелые супружеские пары, семьи с детьми и вот такие одинокие подруги средних лет, но и по крайней мере один парень-мечта, Римме стоило к нему присмотреться. Вероятно, он тоже из другого города, но уж вряд ли сразу позвал бы ее замуж. А с кем общаться в интернете на большом расстоянии – какая разница!

Еще два человека вышли из «Славного городка» и, закурив, зашагали в неизвестном направлении. Куда же смотрит гид? Этак он всю группу растеряет! Если бы я была экскурсоводом…

Довести эту мысль до конца мне не удалось – дверь кафе снова открылась, и наконец показалась моя сестра.

Вначале я впилась взглядом в нее. Одетая, к счастью, по погоде, но совершенно не по ситуации – боже, серьезно, каблуки в турпоездке?! – она щурилась от вновь выглянувшего солнца и выглядела весьма недовольной. Наверняка успела разочароваться в новом знакомом, мне ничего и делать не придется!

С души вмиг свалился огромный валун, и я почти благосклонно взглянула на спутника Риммы.

За руки они не держались, но шли так близко, что между ними и мошка не пролетела бы.

Думаю, мои зрачки расширились от удивления. Я еще раз изучила кавалера сестры взором снизу вверх и все так же изумленно (и беспардонно) заглянула ему в лицо. Он ответил дружелюбной улыбкой – искренней, потому что глаза улыбались тоже, в их уголках появились маленькие мимические морщинки.

– Добрый день, вы, наверное, Марта? – произнес он.

– Наверное, да, – огорошенно отозвалась я.

– Очень приятно, я Павел. Можно просто Паша – и на «ты».

Я ожидала увидеть смазливого, но скользкого типа с бегающими глазками. Или высокомерного типа с правильными чертами лица. Или абсолютно невзрачного типа, который только кажется Римме прекрасным – такое с ней тоже бывало, ну либо у нас категорически разные вкусы. То, что гид оказался по-человечески симпатичным, стало для меня почти шоком.

Большие серо-голубые глаза… казалось, такие бывают у мечтательных юношей, но никак не у подлецов! Темные, почти черные волосы – ветер взъерошил их, и этот художественный беспорядок ему только шел.

Если уж придираться, были чуть-чуть тонковаты нос и губы, но слегка тронутое загаром лицо выглядело настолько открытым и приятным, что в нем не хотелось искать даже мелких недостатков. Черт, да он был не просто симпатичным, а красивым!

«Да ладно, фигня, у него всего лишь красивые глаза.