Любовь, граничащая с безумием

И теперь девушка переминалась с ноги на ногу, не решаясь войти. Она не чувствовала себя настолько обреченной даже тогда, когда ее выставляли с остальными невольниками на площади для продажи. Казалось, что стоит войти и выхода назад уже не будет. Дрожащими руками девушка сжала тряпицу, которую захватила с собой для уборки, и, тяжело вздохнув, все же заставила себя войти. И тут же отступила назад и вжалась спиной в закрытые двери.

– Стучать не учили?– недовольно бросил Габриэль, еще мгновение назад стоявший у распахнутого окна, а теперь внимательно разглядывающий невольницу.

– Простите. Я не знала, что вы здесь,– произнесла Кэт, чувствуя, как пересыхает в горле. – Мне велели навести у вас порядок.

– Что ж, раз велели, наводи,– не отрывая от девушки любопытных глаз, ответил господин.

Кэтрин нерешительно прошла вглубь комнаты и бросилась протирать пыль и раскладывать вещи по своим местам. Однако уборка не ладилась, ибо девушка постоянно чувствовала на себе пристальный мужской взгляд. Спустя некоторое время Кэт заметила, что комната заполнилась полумраком, и, обернувшись к хозяину, произнесла, не поднимая глаз:

– Уже слишком темно, я доделаю работу завтра утром, если вы, конечно, не возражаете.

– Возражаю,– ответил Габриэль, и девушка увидела, как в темноте блеснули его белые зубы. – Мне нужна твоя помощь.

– Что от меня требуется?– машинально протараторила она.

– Помоги мне снять сапоги.

Кэтрин хотела было возразить, но, не посмев, подошла к господину, восседавшему на кровати, и опустилась перед ним на колени. Он вытянул свои длинные, стройные ноги, позволяя девушке стащить с них обувь. Выполнив прихоть хозяина , Кэт резко поднялась, собираясь уйти, но ее кисть сжали горячие пальцы Габриэля.

– Послушная девочка,– похвалил парень с полуулыбкой. – Тебе не говорили, что ты совсем не похожа на прислугу?

– Отчего же? – проглотив комок, появившийся в горле, выдавила Кэтрин.

– Слишком хороша для уборки…

– Выбирать не приходится,– промямлила девушка, дернув руку, чтобы освободиться. – Простите, мне пора.

– Я тебя еще не отпускал,– недовольно прошипел Габриэль, и теперь его глаза странно заблестели.