Обещанная дочь

Он вздрогнул от холода, понимая, что это жалкое пламя не обогреет их – его и странного юношу, который так и не приходил в себя.

Маг пожалел о том, что его руки, которым был так послушен ветер, не имели целительной силы. Он тяжело поднялся и пододвинул небольшой настил из веток ближе к огню, чтобы хоть немного обогреть юношу. Мужчина принялся растирать босые ноги незнакомца, не имея возможности надеть на него единственную пару обуви, ведь та совсем промокла. Придется использовать заготовленные шкуры, которые он намеревался так выгодно продать.

Человек задумчиво потер небритый подбородок и посмотрел на лицо спасенного юноши. Он был из драконьего рода, явно из Бриартака. Светлые волосы, пусть сейчас и настолько перепачканные, что утратили свой золотистый оттенок, совсем как у самой эйслин Кайонаодх. Маг видел ее лишь однажды, давно, когда был проездом в Аделхейте. Сейчас он собирался посетить столицу, хоть и опасно это было во время предстоящего празднования из-за большого количества стражи. Вот только торговать, видимо, будет нечем.

Шкуры бесценного олсума, обитавшего только в снежных горах Ильхада, придется изрезать, чтобы смастерить одежду и подобие сапог для этого юноши. Замерзнуть ему насмерть маг не мог позволить. Оставалось лишь скромно надеяться, что молодой человек по возвращении в родной дом не забудет отблагодарить мага за все его старания. Если же нет, то так тому и быть… его руки всегда при нем, придумает, как прокормиться до следующего сезона.

Закончив с одной ступней, маг взялся за вторую ногу юноши.

Ледяная, как скалы вокруг! Когда же он очнется? У него осталось немного вчерашней похлебки. Если разогреть на костре, то можно было бы напоить бедолагу – это придало бы ему сил, но не заливать же варево в рот, пока парень без сознания? Маг вздохнул и продолжил растирать замерзшего дракона.

За этой работой он и сам согрелся, хотя плечи ломило от усталости. Маг так вымотался, что глаза просто слипались. Он устало поднялся и прошел к темному углу пещеры. Там было сухо – то, что нужно, чтобы хранить свои жалкие припасы.

Скрипя зубами, маг поочередно встряхнул несколько белоснежных шкур, приглаживая искрящийся мех, и вздохнул, понимая, что придется безжалостно уничтожить эту красоту.

– Их могла бы носить даже самая утонченная эйслин при дворе. Ты же это понимаешь, парень? – хмыкнул человек и вернулся обратно к костру.

Несколькими шкурами он укрыл юношу, а одну положил себе на вытянутые ноги, теперь умело орудуя острым ножом.