Жена без выбора

– Но… Ягойлон, это же просто поразительно! – обрадовался монашек, и его лысина засверкала на солнце. – Кто бы мог подумать, что иномирянка слышит твою кровь!

– Что все это значит? – мое терпение стало иссякать. Надо будет хорошенько прищучить хранителя и вытянуть из него всю подноготную этого чуждого и непонятного мне мира.

– Это значит, вы можете…

– Это ничего не значит! – грубо оборвал обескураженного Мороха Ягойлон. – Надо сосредоточиться на том, что действительно важно. Вильдомир мстит за проигрыш в турнире, наша задача убедить его в том, что никто узурпировать его власть не станет, и что Лорд жива.

– Зря ты отказываешься от трона, Ягойлон, – хранитель сник. – Ты был бы прекрасным правителем.

– Империя мне ни к чему! Я хочу вернуть Иельдор и сестру, большего мне не нужно.

– Но многие недовольны вероломным правлением Вильдомира, – настаивал Морох. – За тобой пошел бы народ.

– Династия императоров не менялась тысячи лет, – Ягойлон был тверд, как скала, приютившая здешнюю монастырскую обитель.

– Огненные уже давно выродились, твоя победа на том турнире тому доказательство.

– Как ты не понимаешь, Морох? Я до сих пор жалею о победе! Молодой и глупый, я должен был поддаться, но не захотел, а теперь за мои ошибки расплачивается мой народ и сестра. Не говоря уже о том, что брак с этой стервой Лорд, стал самым тяжким наказанием. И надо было этой женщине исчезнуть так не вовремя!

Ого! Какая неподдельная страсть! Какие искренние чувства.

– Просто от самодурства огненных все устали, – тихо заметил хранитель, он был явно расстроен беспрекословной позицией друга. – Он вверг империю в такую кровопролитную войну…

– И выиграл! – напомнил Мороху Ягойлон. – Не забывай это.

– Выиграл! Только вот какой ценой. Вильдомир разрушил связи и договоренности с другими державами. Теперь в нашу сторону поглядывают с упреком и настороженностью, мы стали подлыми шакалами. Без права вступили в то противостояние, без славы его и закончили. Вспомни свои слезы после первого сражения за Зингхайм, какой непомерной ценой далась вам эта битва.

– Довольно, Морох! Я тебя понимаю, но ничего поделать не могу, на все воля великих Богов.