Отбор: ведьма – (не)невеста

Взор правда старалась пристроить повыше, от греха подальше, но это помогало слабо.

– Тише, – Эйдан приложил большой палец к губам. Моим. – Вы рискуете разбудить своих подруг.

Да их и гул тысячи фанфар не разбудит сейчас, если наставница наложила заклинание сна. На меня вот почему-то не потрудилась.

Я отмахнулась от нахальной лапищи посла. А надо было бы откусить ему палец, чтобы проучить негодника.

– Не смейте меня трогать – это раз! Два – можете смеяться, сколько вашей мелочной душонке угодно, но я не стану участвовать в ваших мерзких игрищах.

Поэтому, категорически отказываюсь становиться кормом для чудовища.

– А три? – с лица инквизитора сползла наглая усмешка.

– Три – я вас просто ненавижу!

– Знаю.

– Вот и прекрасно!

Дверь я все же за собой закрыла, на этот раз на ключ. Хорошо, что способности наставницы настолько высоки – восстановили все вплоть до замка. Кто знает, что в такой час делал ненавистный Деннели у дверей девичьей спальни?  Пришлось вернуться в постель.

Она одна-единственная была мне рада, или просто так показалось.

Остаток ночи заняли мысли о продумывании побега. Убегу я обязательно! А потом посмотрю на физиономии Балти с Эйданом.

Монстру он меня вздумал скормить. Ага. Бегу, волосы назад! Еще посмотрим кто, кого! Я обеспечу всем такую прекрасную жизнь, что чудовище само будет умолять отпустить его обратно в низинные туманы.

– Это какой дурой быть надо, чтобы пробовать сбежать от Эйдана Деннели! – сокрушалась наутро госпожа Матаир, сидя напротив меня в многоместной повозке.

 – Ты и в прошлый то раз недалеко ушла от него, а сейчас так и подавно. Он же тебя как облупленную знает.

Наставница откровенно веселилась. Девицы наблюдали за нами с большим интересом. Мне же от злости хотелось плакать, а еще лучше крушить и жечь. Но печати, поставленные когда-то собственноручно лордом Деннели, жгли и кусали мою кожу, не давая чинить вред. Негодяй!

– Чего ты дуешься? – продолжала насмехаться Хатра. – Сама во всем виновата!

Мой взгляд, полный недоумения и обиды, говорил сам за себя, но смысла в том не было никакого.

Инквизиторский кровопивец строго-настрого запретил меня развязывать. Радовало, что его физиономия пополнилась еще одной порцией царапин, а Балти долго будет прикрываться платочком, чтобы скрыть распухший нос. Ничего, я еще и лопату достану.

Вскоре бессонная ночь и нервное потрясение дали о себе знать, и под мерное покачивание я стала медленно засыпать.