Отбор: ведьма – (не)невеста

– Ну, если кто и рискнет здоровьем, так это ты, осмелившись мне дальше огрызаться! – Хатра Матаир не любила, когда к ней обращались непочтительно. Вот конкретно сейчас я очень рисковала стать той самой жабой в бородавках, в которую она обещала превратить Хигрид.

– Ну тогда я досплю, чтобы дальше не хамить? – и, не обращая внимания на недовольную физиономию наставницы, потянулась за одеялом. – День был отвратительным, к тому же у меня все тело затекло от неудобного сидения в повозке, или лежания… даже не знаю, как это все назвать.

Наставница с бешеным блеском в глазах выслушала мою тираду молча, потом изрекла:

– Ты бы не согласилась, скажи я правду сразу.

– Хм… – я даже глаза закатила, чтобы изобразить мыслительный процесс на лице. – А я и сейчас не согласна! Никак! К тому же здесь Деннели! Каким это образом Эйдан превратился из инквизитора в посла Эрдинга?

– Самым обыкновенным – он сын Хаттара – наместника Эрдинга! – с мстительным выражением на физиономии, изрекла госпожа Матаир.

Не могу сказать, что не удивилась. Но, как любая уважающая себя ведьма, виду не подала, продолжая избавляться от раздражения посредством словесной перепалки.

– Увы, мне это неинтересно. Я выполнила свою часть работы, и хочу домой.

– Хм, – на этот раз на лице все виды умственной деятельности изобразила Хатра. – И куда же ты подашься? Во дворец к тетке? Не хочется тебя расстраивать, дорогуша, но нас обеих туда и на пушечный выстрел не подпустят. Сегодня всего лишь сделали исключение.

От злости я вцепилась в простыни, которые тут же начали тлеть, источая прогорклый смрад.

– Полегче! – воскликнула госпожа Матаир, разгоняя клубы дыма. – А то я могу и снять иллюзию тишины и невидимости.

– К чему весь этот спектакль? – все еще злясь, но желая побыстрее закончить разговор, поинтересовалась я.

– А вот это уже правильный вопрос! – наставница забралась на мою кровать с ногами, буквально на то место, где только что дымилось одеяло. Ее острый палец отшвырнул угольки, одним мановением стягивая дырки. От пагубного воздействия моей злости не осталось и следа, поэтому госпожа Матаир не боялась испачкаться.