Сердце моего врага

Я долго что-то или кого-то искала во мгле бесконечной ночи и не могла найти. Но боль во всем теле, в каждой мышце, во всех косточках пригвоздила меня к постели обратно.

– Тихо-тихо, – успокоил странный сиплый голос с южным акцентом. – Лежи еще.

Даже повернуть голову я могла с трудом. Говорившей оказалась та самая цыганка, что не пускала меня к дому накануне…

– Сколько я здесь уже лежу? – от осознания реальности произошедшего и воспоминаний всё тело покрылось холодной липкой испариной. Чадящий запах пожара, и головокружительная высота подо мной подогнали тошнотный комок к горлу.

– С неделю! – перед глазами возникло конопатое веселое лицо с большими карими глазами. – Мы тебя подобрали за городом! Нет, ты шлепнулась перед нашей повозкой прямо с неба! Как яблоко с ветки, шлёп!

– Гвен, не пугай девчонку, – со смехом оборвала цыганка говорливую девушку. – И не тараторь, невозможно уследить за твоими словами.

– Да! – не обращая внимания на слова женщины снова быстро заговорила эта самая конопатая Гвен.

– Что? – за ее мыслями было сложно уследить. – Я не понимаю ничего…

Цыганка расхохоталась.

– Мы – артисты, – спокойно проговорила женщина. – Бродяги дорог. Кочуем из города в город, даем представления, так и живем.

– А ты упала на нас с неба, когда мы уже выехали из города, – пояснила Гвен, потом спохватилась. – А, знаешь, в том городе такое натворилось! Представляешь, там такой огромный дракон появился, все в округе пережег! Хорошо, что мы уже выехали оттуда, чудом остались живы! А потом ты упала с неба… Ну чисто ангел, бескрылая меруна… Здорово, что змей тебя не сожрал, жалко было бы, ага!

– Достаточно, Гвен! – оборвала цыганка более настойчиво сильно разговорившуюся девушку.

– Ладно! – та только вздохнула. – Пойду позову Игуми. И расскажу Гинго, что ты очухалась.

Когда девушка вылезла из повозки, запахнув матерчатый полог навеса, женщина обратилась ко мне:

– Ты не беспокойся, – сказала она. – Мы все знаем и понимаем, но никому не расскажем твой секрет.

– А как же люди в городе? – спохватилась я. – Много народу погибло?

– Тоже скажешь! – отмахнулась цыганка.