Сердце моего врага

Вокруг дома собралось много народу, впопыхах я не обратила на это внимание.

– Эй, куда рвешься?! – крепкая рука меня остановила в тот момент, когда я, спешившись с лошади, устремилась к дому.

– Но это мой дом! – возмутилась я.

– И что? – речь женщины, державшей меня, была с сильным южным акцентом, а на голове у нее красовался интересный платок, украшенный словно монетками. Бабушка, помнится, называла их монистами. Значит, меня за руку держала старая цыганка. – Неужели хочешь умереть раньше времени?

– Но там… были люди! – рыдания сами собой вырвались из груди.

Женщина все же ослабила хватку, воспользовавшись этим моментом, я рванула к маленькому горящему дому. Из длинных теней от деревьев в саду вышли силуэты в, до боли знакомых мне, капюшонах. Я развернулась и, поскальзываясь на мокрой траве, рванула обратно к лошади.

Не добежала я несколько метров. Сильный удар сшиб меня с ног, последнее, что увидела перед глазами – это довольное лицо Гакраса, замахивающегося ногой.

Последняя мысль, посетившая перед беспамятством – это то, что Мадхеш был прав… не стоило идти за ним, но я не могла перерезать нить своего прошлого так легко, оказалось – не могла.

– Ну что? – опять это ненавистное лицо, неужели и после смерти оно будет преследовать меня. – Пришла в себя?

Меня снова ощутимо похлопали по лицу. Нет, рука Крысы не имела жалости – бил он от души. Из носа уже текла кровь, заливая прокопченную дымом рубашку.

– Думала, вот так легко сбежишь от нас? – он достал свой платок и почти заботливо отёр окровавленную губу и саднящую щёку.

– Поэтому ты избивал меня до полусмерти? – почувствовала, что правый глаз начинает заплывать, а я сама, связанная по рукам и ногам, сижу на стуле.

– Я желал сделать тебя сильной, – усмехнулся Гакрас. – Хотел, чтобы ты сумела достойно ответить.

О, да! Каждый раз, как только я пыталась это сделать, Крыса парировал мой удар, будто бы предугадывая, куда буду бить.

Потом Мадхеш объяснил, в чём была моя ошибка. Но в тот момент, когда Крыса заставлял с ним драться, сладить с эмоциями я не могла.

– Зачем я тебе? – стараясь держать себя в руках, задала единственно важный вопрос. – Я ведь больше не член клана, или тебя бесит то, что я ушла из клана недостаточно тобою покалеченной.

– Видишь ли, моя дорогая, – заговорил мой враг.