Пробел

Сорок восемь умножить на два. Триста разделить на девяносто шесть. Три целых, сто двадцать пять тысячных умножить на два… Цифры меня успокаивали. Особенно эти.

Наконец, в комнату зашли двое охотников. Один из них поставил ноутбук на стол и пододвинул стул, даже не взглянув на меня. Второй, мужчина с посеребренными висками, что могло означать, что ему уже перевалило за сотню, сел напротив. Лицо его выражало приветливость.

– Давай побеседуем, дружок? – при этом он выставил на стол тяжелый чемодан. Похоже, беседа предстоит теплая.

Но, вопреки моим опасениям, охотник достал из чемодана только стакан и пакет с донорской кровью. Переливая тягучую красную жидкость, он не сводил с меня глаз. Что-то уж слишком примитивно вы, ребята, начали. Но вслух спросил:

– Я могу встретиться с шерифом?

– Я и есть шериф, – ответил охотник.

До сих пор я считал, что шерифами назначают только вампиров, а охотники у них на побегушках, вот для такой, например, грязной работы. Пока я не мог определить, хорошая эта новость или плохая, поэтому не спешил ни радоваться, ни паниковать.

– Хорошо, – просто ответил я, понимая, что этот путь предстоит пройти до конца, как бы ни менялись правила игры.

– Когда ты ел в последний раз?

– Незадолго до того, как попал сюда, – я, конечно, знал, почему меня держали столько времени в этом подвале до начала разговора. Я должен быть голоден.

– Когда ты прошел Ритуал?

– Десять лет назад.

Я специально вычеркнул из своей биографии первые четыре года, чтобы было как можно меньше связи с моими первыми жертвами.

– Имя твоего Мастера.

– Кай из Змей.

Второй начал быстро что-то печатать. Через минуту всеобщего молчания он подтвердил:

– Кай из Змей погиб через три года после официального перемирия. Этот факт подтвержден его Мастером – он почувствовал смерть своего Дитя. Та-а-ак… Мастер проходил Императорскую проверку, поэтому тут все чисто.

– Как он умер? – шериф снова обратился ко мне.

Странно, что их интересует кончина одного из их заклятых врагов.

– Он приказал мне его убить, – по-моему, исчерпывающее объяснение. – Я вынужден был повиноваться, как Дитя.

Охотник просто пожал плечами. Не имело решающего значения, говорю ли я правду в данном случае или нет.